aif.ru counter
21

Телевидение: честное или частное?

Об этом с президентом ТВЦ Олегом ПОПЦОВЫМ беседует Николай ЗЯТЬКОВ

- Олег Максимович, ответьте на вопрос не журналиста, а простого телезрителя: что это будет за канал ТВЦ во главе с Попцовым?

- Есть такой подход: мы создадим еще один театр комедии, но у нас он будет смешнее... Оставим разговоры: какое место занимает канал - первое, второе, третье - на пьедестале запрограммированных рейтингов. Задача ставится по-другому: сделать единственный в своем роде канал, штучный.

Поэтому наша первая задача: сделать ка-чест-вен-ный "смотрибельный" канал. Чтобы человек не переключался на другую кнопку.

- Эта задача стоит перед каждым каналом...

- Вы заблуждаетесь. Разве вы не слышите воспаленного вопля: "Я первый, первый, первый!" Разве борьба за первую кнопку ушла в небытие? По сути, все каналы в Москве - гости, а наш - "коренной житель". В нем должно быть московское дыхание, в нем должен присутствовать московский говор, московская щепетильность. И мы должны "заразить" телезрителя столичным вирусом, ее дыханием.

Информационные уколы

- И здесь возникает вопрос, по которому ведут спор московские и федеральные власти: ТВЦ - канал местного значения или общероссийский?

- На сегодняшний день Москва - столица России и на 65-70% состоит из немосквичей. Здесь диаспора пермская, тамбовская, какая угодно. Москва для них стала второй родиной. Каждый человек, который приезжает в Москву, приезжает ли он учиться в институте или лечиться в медицинском центре, воспринимает их как российские. Человек приходит в Большой театр - это его Большой театр, а не московский. Он приходит в Третьяковку - это не московская, а российская галерея.

Обсуждать, нужен или нет московский канал федерального значения, - антипатриотично и антиисторично. Москва являлась собирателем земель. Кроме того, столица - это пересечение финансовых потоков, технологической мысли, научных поисков.

- Хорошо. Но как сделать канал оригинальным? Ваши конкуренты тоже базируются в Москве и тоже показывают все, что происходит в столице. Причем так синхронно, что не отличишь одну программу от другой.

- Отвечаю. Показывать все, что не показывают. Вот один пример: наука. В Москве сосредоточен мощный интеллект. А чем занимается Академия наук? Кто-нибудь мне скажет? Работают ученые или они уезжают, или уже уехали... Я был как-то на предприятии, которое создало все наши ракеты. Там нет ни второго, ни третьего поколения! Там все кончается на возрасте 62 года.

Визитная карточка любого канала - информация. Это первый укол, который делает канал человеку просыпающемуся. Это то, чем канал провожает человека, который отходит ко сну, это та энергетика, которая заряжает зрителей инициативой или гасит эту инициативу. И найти свои повороты в подаче информации лично для меня принципиально важно.

- Да, информационно-аналитические программы являются лицом канала. Но именно из этих программ торчат уши тех, кто этим каналом владеет или управляет. И это порой мешает людям нажать ту или иную кнопку, потому что они знают, что там Березовский, Гусинский, Лужков.

- Появление медиамагнатов произошло неслучайно. Совершенно ясно, что сегодня телевидение как бизнес - дело рискованное. Но телевидение - это тот таран, который расчищает поле для бизнеса в другом пространстве. Это могут быть нефть, газ, конопля, хлопок. Все что угодно. Телевидение освобождает пространство, на котором покупается власть. Вот такая, к сожалению, уродливая демократия.

Если говорить о телевидении, то это еще и механизм управления обществом. Когда вы включаете приемник и вам говорят: "Московское время 6 часов утра, сегодня 20 апреля, здравствуйте", - люди понимают, что жизнь продолжается, что надо одеваться и идти на работу. Попробуйте отключить телевидение в любом городе. Через час все будут на улице, все.

Теперь вопрос ангажированности. Мы сами творим себя, сами. Независимость - это не столько условия, сколько образ мышления. Мне поздно менять этот образ.

Критика - дорогое оружие

- А знает ли Лужков вашу позицию?

- Да. И мне думается, он ценит ее. Вы понимаете, лесть - обладает разрушительной энергетикой. Мы знаем, как она разрушила авторитет первого президента России. А он был восприимчив к этому. Конечно, она разрушала авторитет мэра Москвы. Мы видим, что происходит сейчас. Соревнование в лести - самый пагубный вид состязания. Она уничтожает и человека, исторгающего лесть, и того, кому она адресована. Лесть делает его глухим, он привыкает к одному виду музыки. Это очень опасное явление. Я вспоминаю мои разговоры с Юрием Михайловичем по этому поводу, и он сказал: "Что я могу сделать, я могу только сам не льстить!"

Поэтому важно также сделать телевидение политически открытым. Общество все знает о власти, а власть все знает об обществе. Я считаю совершенно несуразным, когда такое колоссальное оружие, как критика, самокритика, отдается оппоненту. Должно быть так: как владелец создаю телевидение, которое критикует меня, и я за эту критику плачу деньги. Потому что на этом зиждется мой авторитет и доверие ко мне сограждан. Есть фраза де Голля: "В газетах пропали карикатуры на меня. Это значит, падает моя популярность".

Если мы не научимся почитать профессионализм вне себя, мы обречены. И власть, уничтожающая этот принцип, обречена в первую очередь. Самокритика есть следствие силы

натуры, а не слабости. Молодые реформаторы этим пренебрегли.

- Кого вы называете молодыми реформаторами?

- Егора Гайдара, Петра Авена, Анатолия Чубайса. Понятно, была боязнь коммунистов и не было опыта управления. Но единственное лекарство, которое спасает власть, - самоанализ. И этот подход должен быть главным на телевидении. Если мы говорим на ТВЦ о коррупции, то не будем рассказывать о борьбе с коррупцией по всей России. Мы будем бороться с коррупцией в Москве, и тогда нам поверят в России.

- А как же тогда сводить счеты с оппонентами?

- Я категорически против того, чтобы использовать телевидение для сведения счетов. Пожалуйста, появляйтесь на экране, скажите все, что вы знаете о противнике. А напротив вас сидит человек, о котором вы говорите, он вам ответит. И тогда - это открытое телевидение, и тогда - это уважительное телевидение.

Почем информация на рынке?

- Если ваш владелец скажет: "А пошел ты..." И снимет с работы.

- Возможно, но это твой крест. Потому что ты отстаиваешь авторитет журналистики, общественного мнения. Ты не товар здесь продаешь, мальчик. Если ты хочешь продавать товар, ты иди на рынок и продавай кассеты со своими передачами. Ради бога. Но тут ты отстаиваешь

общественное мнение, ты не имеешь права лгать.

Трагедия нашего смутного времени в том, что происходит подмена информационных потоков.

Вторая среда информации - слухи, молва - становится первой. А первая - второй. Как только вы стали торговать информацией, значит, на рынке появляется лжеинформация.

- Она еще дороже ценится...

- Увы, дороже. Потому что ей надевают кепочку правды, все остальное тело - ложь.

- Ладно, вам приказали - вы ушли. Но противостояние, конфронтационность между каналами осталась.

- Следующий руководитель должен прийти и делать так же честно свое дело. Пока его "не уйдут". Следующий - также. И это не романтизм, это профессиональное достоинство. Либо оно торжествует, и мы уважаем человека, либо мы об него вытираем ноги.

Смотрите также:

Актуальные вопросы

  1. В чем отличие танка Т-90МС от зарубежных моделей?
  2. Какие страны вводили больше всего санкций против России?
  3. Почему Япония выдвинула Трампа на Нобелевскую премию?


А что вы думаете по поводу тарифной политики в ОСАГО?