aif.ru counter
61

Как сделать жизнь в Хренове слаще?

Практически еженедельно в столице собираются симпозиумы, международные семинары, где чины высочайших рангов решают, как поднять в России рождаемость, чем таким прельстить молодых, чтоб детей заводили, пока страна не вымерла. После слушания докладов, часа в два, положен фуршет, где элегантные официанты разносят ресторанную еду... В это же примерно время воспитанники школы-интерната, расположенного в деревне Хреново Вичугского района Ивановской области, тоже садятся обедать...

Мы усаживались в машину молча. Медовые улыбки сползали с лиц, оставляя в душе ощущение едкого стыда. Никто из детей не помахал нам вслед, не крикнул: "Приезжайте! Мы будем вас ждать!"

ДЛЯ НИХ мы были очередными дядьками и тётьками, приехавшими в интернат, чтобы о чём-то беседовать с директором, заглядывать в спальни, трогать вещи, стучать каблуками по чугунной лестнице... Таких, похоже, приезжает много, но мало что меняется.

ПРАКТИЧЕСКИ еженедельно в столице собираются симпозиумы, международные семинары, где чины высочайших рангов решают, как поднять в России рождаемость, чем таким прельстить молодых, чтоб детей заводили, пока страна не вымерла. После слушания докладов, часа в два, положен фуршет, где элегантные официанты разносят ресторанную еду... В это же примерно время воспитанники школы-интерната, расположенного в деревне Хреново Вичугского района Ивановской области, тоже садятся обедать. Сначала едят младшие, на час позже обед у старших - все разом в столовой не помещаются. Обед ребёнка здесь калькулируется из расчёта 30 рублей. А может, 20. Тут высчитать сложно, потому что в сутки на питание человечка, находящегося на казённых сиротских харчах, государство кладёт 60 рублей.

- Не подумайте чего, наши дети не голодают! Они получают всё, что требуется. И фрукты в том числе, - уверяет директор интерната Сергей Молодин.

Я действительно видела на школьном дворе девочку с маленьким зелёным яблоком. Интересно: если тем, кто ест на фуршетах, оставить на банкетных столах еды по 30 рублей на нос, о чём они будут "дискутировать в прениях"?

В Хренове воспитываются дети от 7 до 18 лет. Сейчас их в интернате 180. Семьдесят из них - круглые сироты. Родители большинства из них умерли молодыми. От водки. У остальных какая-никакая родня есть. Значит, есть место, куда можно поехать на каникулы.

"Правда, отпускаем туда не без опаски, - рассказывали нам воспитатели. - В прошлом году было у нас чудовищное ЧП: девятиклассник на каникулах после встречи с бабушкой повесился. Ему, рвущемуся каждый день душой домой, она, не стесняясь, сказала, что его рот в доме - лишний.

Поехали как-то раз искать другую девочку, не вернувшуюся с каникул. Мать с порога заявила: "А я зарезала её, не ищите". С милицией девочку нашли. Слава богу, живую. Мама пошутила.

Вообще-то здесь что ни судьба, то драма.

Марина А., 14 лет. Худенькая, печальная. Мама сама написала заявление, чтобы её детей забрали. Марину определили в интернат, а её младшего брата Виталика - в детдом. Потом мать убили собутыльники. Недавно Марина навещала брата, теперь плачет. Виталика усыновляет американская семья. Суд по разрешению усыновления назначен на 10 октября...

Маша П., 7 лет. Мама лишена родительских прав, сидит в тюрьме. Отец неизвестен. Говорит плохо, но ласкова, как котёнок. Обожает всех, кто по-доброму к ней относится. "Ты молодец, я тебя люблю", - говорит она таким.

Лёша Д., 12 лет. Когда маму лишили родительских прав, воспитатели нашли отца. Но и ему ребёнок оказался ни к чему. Лёша несколько раз убегал отсюда, хотя ему бежать не к кому. Говорит, что здесь на него давит тишина и его манит шум большого города, где он вырос.

Если бы не удивительные по своей душевной щедрости люди, работающие здесь воспитателями, учителями, поварами, то бежать отсюда надо было бы всем. Из каждого угла этой огромной школы смотрит бедность. Выгоревшие шторы, ветхое бельё, колченогая мебель, истёртый до дыр линолеум, разномастные кровати, которые годятся лишь на дрова. Зябко, неуютно, пусто.

Единственное, в чём нет у интерната дефицита, - это в масштабах. Здание школы монументально. Ему 104 года. Отсюда и проблемы с ремонтом. Огромные окна, высота потолков 4 метра, длиннющие коридоры. Вокруг участок земли - 13 га... Это была когда-то церковно-приходская школа, затем госпиталь, а теперь вот интернат для детей с логопедическими проблемами. Здесь никого не удивляет прибывший на учёбу курящий первоклассник 11 лет, шестилетняя девочка, рассуждающая философски о вреде маминого пьянства и чередовании в доме разных пап. Удивляет, что специальных букварей для таких детей не могут достать уже пять лет, отсутствие автобуса, на котором можно было бы отвезти ребятишек в цирк или театр. Есть "Газель", в которую можно посадить 12 детей. А остальным 168 что делать?

Мы предполагаем, что после этой публикации у чиновников найдутся тысячи причин объяснить, что для детей, живущих в интернате, делается всё, что положено, и что невозможно сделать больше в связи с тем-то и тем-то. Но нам эти официальные отписки не нужны.


Дорогие наши читатели, давайте без рассуждений о демографическом кризисе сделаем жизнь 180 детей (которые уже родились!) уютнее и веселее. Им для нормальной жизни надо многое. Новые кровати, развивающие игры, тёплые носки, мячи для футбола, фланелевые рубашки, ботинки и тумбочки...

Всех, кто хочет помочь детям, ждём 18 октября у здания редакции по адресу: Мясницкая, 42, с 9 до 20 часов.

Смотрите также:

Актуальные вопросы

  1. Нужно ли при ДТП убирать машины с дороги или можно «собирать пробку»?
  2. Что будет, если на Земле растает весь лёд?
  3. Что за объединительный собор проходит в Киеве?