2888

Поцелуй генсеков как символ эпохи

Статья из газеты: АиФ Европа № 1 05/05/2010

К 20-летнему юбилею падения Берлинской стены российский художник Дмитрий Врубель обновил на её остатках знаменитый поцелуй Брежнева с Хонеккером. "В новой картине есть небольшая тайна", - рассказал Дмитрий "АиФ. Европа".

Берлинская стена и смертная любовь Врубеля

К 20-ЛЕТНЕМУ юбилею падения Берлинской стены российский художник Дмитрий Врубель обновил на её остатках знаменитый поцелуй Брежнева с Хонеккером. "В новой картине есть небольшая тайна", - рассказал Дмитрий "АиФ. Европа".

- ЗАЧЕМ нужно было рисовать на стене заново, вместо того чтобы отреставрировать картину?

- Стена, как вы знаете, рассчитана на лобовой удар американского танка. И поэтому внутри неё находится серьезная арматура. Хонеккер сказал, что она простоит тысячу лет, и он был прав. Но так как стену принялись разбирать туристы, арматура оказалась снаружи, начала окисляться и разрывать бетон. То есть все работы так или иначе должны были погибнуть. Поэтому было принято решение рисовать картины по новой. Я сначала был против, сказал, что это называется "реставрация по-московски". Но сейчас я чудовищно доволен тем, что написал картину заново.

- Как вы вообще "набрели" на этот сюжет?

- Знакомая девушка привезла из Парижа журнал "Пари-матч" - там была опубликована фотография целующихся генсеков. Первый взгляд на этот снимок вызвал тяжёлые ощущения. Понятно, что круто, но... В общем, я к ней долго привыкал... А потом нарисовал. Сначала эта картинка была частью моей инсталляции, которая называлась "Господи, помоги мне выжить среди этой смертной любви" и состояла из трёх работ. Одна называлась "Господи", вторая - "Помоги мне выжить", а вот этот поцелуй был назван "Среди этой смертной любви". Как-то зашёл ко мне великий русский поэт Дмитрий Александрович Пригов - посмотрел на поцелуй Брежнева с Хонеккером и изрёк: "Хорошо бы эту работу, Дим, да на Берлинскую стену, и мы бы посмеялись очень..." Это был январь 90-го года.

У меня дома в Москве тогда действовала андеграундная "квартирная" галерея. Я устраивал выставки на кухне и в комнате. На них ходило очень много иностранных покупателей. Как-то пришли очередные, и я услышал в коридоре русскую речь. Этот покупатель оказался Александром Бородовским - бывшим гидом-переводчиком из ГДР, который решил заняться современным российским искусством. Он и придумал сделать выставку на Унтер-ден-Линден в Берлине и пригласил меня в ней участвовать. Я приехал в Берлин в апреле 90-го года. Прямо с порога он сказал: "Дим, есть стена..." Мы пришли к стене, у которой нас ждала замечательная шотландская девушка, представлявшая некую "The Wall Gallery". И держала в руках договор на немецком языке. Я тогда был, с одной стороны, андеграундным концептуалистом, с другой - советским человеком. И вот эта жуткая смесь порождала в нашей среде художников легенды. Легенда N1: художнику на Западе нужно иметь галерею и контракт. Я посмотрел на эту девушку и подумал: "Галерея есть, контракт у неё в руках..." Всё, я оказался в раю... Причём и я, и Саша контракт подписали не читая. Через два года я узнал, что все права - имущественные и неимущественные - мы передали на 5 лет. Все деньги, которые могут быть заработаны, тоже. Да, могли бы и на всю жизнь права затребовать, и мы подписали бы всё равно. Этот контракт я долго хранил.

Счастье, и всё!

- А КАК теперь обстоят дела с авторскими правами?

- Фирма, которую представляла шотландская девушка, каким-то образом оказалась связана со "Штази". Наш договор был впоследствии признан недействительным. Но потом все кому не лень начали производить и продавать открытки, майки, постеры, кружки и другие вещи с изображением "поцелуя". Адвокаты мне разъяснили, что по немецким законам картины, которые были сделаны в открытом пространстве, каждый человек имеет право "репродуцировать", тиражировать и продавать - без ограничений и без отчислений процентов художнику. Есть одна-единственная зацепка - они должны воспроизводиться без искажений. Поэтому несколько процессов - когда на изображении вместо "смертной любви" было написано, например, "Берлинер банк", я выиграл. Это было в 90-е годы. Сейчас скажу лишь, что в моей свеженарисованной картинке есть одна небольшая тайна, которая, надеюсь, мне поможет бороться с теми, кто захочет как-то на ней заработать. Но на самом деле это всё меня в принципе не волнует, потому что то, чего я от этой картины в жизни получил и получаю ежедневно, несравнимо ни с чем - и с деньгами тоже. Это такое счастье, и всё. Я всё время сам себе говорю, что это чудо. Мало у кого из художников в мире есть работы, которые живут своей отдельной жизнью.

- Правда ли, что у всех ваших инсталляций есть предыстория личного характера? И какая история стоит за "смертной любовью"?

- Правда. В конце 80-х у меня были драматические любовные отношения с американской девушкой, которая работала в посольстве США. За ней следили агенты ФБР, а за мной - КГБ. Реально. То есть мы шли по улицам или ехали в метро, а за нами следовал человек. Девушка приходила на работу в американское посольство, её вызывал к себе фэбээровец и спрашивал, о чём она со мной говорила. И так полтора года. Потом она уехала в США. Я не мог её даже по-человечески проводить, потому что до "Шереметьево" её провожал консул по культуре. Всё было издалека, на расстоянии. Потом я уехал в Париж с любовью в сердце, и мы договорились, что там встретимся. Но в Париже я встретил девушку из Петербурга... Вот что из этого получилось... Так возникла моя первоначальная инсталляция о любви. По жизни я оказался между губ "этих ребят". И там неправильно, и тут, и там любовь - жуткая, смертельная, и здесь... и я взмолился: "Господи! Не дай умереть, дай вывернуться..."

Тем, кто строил, и тем, кто ломал

- КАКИМИ были ваши первые впечатления от Берлинской стены?

- Меня поразило, какая эта стена низкая. Я, насмотревшись "Пинк Флойд", был уверен, что она метров 10 высотой. А оказалось, всего лишь 3,5 метра. Я тогда, в апреле 90-го, сначала просто приехал посмотреть место. А сам эскиз и фотография лежали у меня дома в Москве под кроватью. В течение суток эта фотография приехала в Берлин. Шотландская девочка сказала: "Ой-ой-ой... Что это такое? Это политика, это ужасно. Тут все картины без политики.." Потом якобы в западноберлинском сенате ей сказали, что, если Горбачёв увидит эту картину, он разозлится и не разрешит Германии объединяться. И они якобы четыре дня думали. 9 мая мне сообщили, что рисовать можно. И тут меня переклинило - видимо, потому, что я добился того, чего хотел. Я испугался, потому что никогда не рисовал водяными красками, только масляными. И никогда не рисовал на открытом воздухе, а только у себя дома. Я сказал Саше: "Дай мне пару недель", - и улетел в Москву. Честно пил 2 недели: от страха. Но делать нечего, приехал, начал работать... Помню абсолютно серую стену. Ни души рядом. Пограничники на Запад меня не пускали, только воду давали для смешивания красок. Денег не было, я всё время хотел есть. Саша раз в день привозил мне обед. И в общем-то было желание как можно быстрее закончить. Я нарисовал картину за неделю. К 8 июня 1990 года она была готова. Саша пригласил для участия в проекте также наших московских художников - Лёшу Таранина, Мишу Серебрякова, Иру Дубровскую. Так как ребята приехали позже и только приступили к работе, когда я уже был свободен, возник вопрос: что делать в Берлине? Алкоголем злоупотреблять - денег нет. Я спросил: "Есть ещё кусок?" - "Есть". И вот "Danke, Андрей Сахаров" на стене нарисовал, пока ребята заканчивали. Одна работа посвящена тем, кто строил, а эта - тому, кто ломал.

- А что бы вы нарисовали, случись падение стены сейчас?

- Трудно представить. Наверное, Путина со Шрёдером...

- На Западе ваша "настенная картина" суперпопулярна, а как отнеслись к "Поцелую" на родине?

- Первая реакция в стране: это китч, конъюнктура, это ужасно и хуже не бывает. Странно, потому что на самом деле это же наш "флаг"... Из тех соображений хотя бы, что эта работа считается лучшей на Берлинской стене, и сделана она русским художником. Сколько народу, проходя мимо, начинают читать кириллицу - чем не пропаганда русского языка... Уже не говоря о присутствии в мировой прессе. У меня брала интервью журналистка из Малайзии, был материал в индонезийской газете, в Индии - нет страны и СМИ, которые не написали бы о картине. Наши, правда, тоже написали: в Интернете как-то увидел статью под названием "Позор художника Врубеля"...

- Кстати, Дмитрий, как вам, художнику, живётся с фамилией Врубель?

- До 44 лет жил как однофамилец. Но потом приехал отец, которого я не видел 20 лет, и привёз генеалогическое древо нашей семьи. Тут-то и выяснилось, что мой прадед и художник Михаил Александрович Врубель были родными братьями. То есть я оказался праправнучатым племянником великого русского живописца.

Мой прадед служил офицером у Колчака и был расстрелян, после чего его сына (моего деда) взяла к себе еврейская община и назвала Моисеем, а его, кстати, звали Михаилом - в честь двоюродного деда. Этой биографии родители настолько боялись, что мне рассказали об этом только в 44 года.


ДОСЬЕ

Дмитрий ВРУБЕЛЬ родился в 1960 г. С 1983 г. - член Союза художников. В 1986 г. основал Галерею Врубеля. Работы художника представлены в национальных и зарубежных галереях, среди которых Третьяковская, Берлинская Национальная, собрания в Дюссельдорфе, Варшаве, Риме.

Актуальные вопросы

  1. Кто такой Леонид Пасечник, объявивший себя и.о. главы ЛНР?
  2. Где похоронят Дмитрия Хворостовского?
  3. Можно ли сохранить пособие по уходу за ребенком, работая неполный день?


Какая система оценок в школе самая правильная?

Новое на AIF.ru