00:05 22/01/2014 Андрей Володин 0 53667

Запертый мозг. Люди в коме всё слышат, думают и могут общаться?

Статья из газеты: АиФ №4 22/01/2014

Комой врачи называют такое состояние больного, при котором основное функции организма продолжают поддерживаться его собственными силами, однако то, что мы называем сознанием, отсутствует.

«Ариэль Шарон в коме». Инсталляция израильского художника Ноама Браславского
«Ариэль Шарон в коме». Инсталляция израильского художника Ноама Браславского © / www.globallookpress.com

В Израиле в возрасте 85 лет скончался экс-премьер страны Ариэль Шарон. 8 лет он находился в коме после обширного инсульта. По словам близких, он их слышал и понимал. В медицине это называется «синдром запертого человека». 

Год назад, 27 января 2013 г., Шарону сделали сканирование головного мозга, во время которого ему продемонстрировали семейные фотографии, дали прослушать голоса близких и проверили реакцию на прикосновения. Как показала магнитно-резонансная томография,приборы, при каждом тесте отдельные участки мозга заметно активизировались. В то же время автор методики, профессор Калифорнийского университета Мартин Монти признал, что у пациента так и не удалось выявить признаки полноценного сознания: информация извне передавалась в мозг, но ничего не указывало, что Шарон её осознавал.

Глаза без тела

Состоянием Шарона интересовались и российские учёные в Институте мозга человека РАН, где уже более 10 лет изучают «синдром изоляции».

«Это болезненное состояние, при котором человек в результате паралича и полной утраты речи теряет способность какой-либо реакции на любые внешние раздражители, однако обладает полной сохранностью сознания и чувствительности. То есть всё слышит, ощущает и, может быть, мыслит, но отреагировать никак не может, - объяснил «АиФ» Александр Коротков, нейрорадиолог, научный сотрудник института. - Однако случается, что пациент всё-таки реагирует. В романе Дюма «Граф Монте-Кристо» есть отрывок, в котором описывается трагическое состояние одного из героев, отца королевского прокурора г-на Нуартье, явно поражённого тем же недугом: «Неподвижный, как труп, он смотрел живым и умным взглядом на своих детей... Зрение и слух были единственными  чувствами,  которые,  подобно  двум искрам, еще тлели в этом теле, уже на три четверти готовом  для  могилы; да и то из этих двух чувств только одно могло свидетельствовать о  внутренней жизни, еще теплившейся в нем... властный взор заменял все. Глаза отдавали приказания, глаза благодарили...». К счастью, парализованного человека научились понимать дочь и слуга. Свои желания старик выражал, поочерёдно закрывая и открывая глаза, либо движением зрачка.

При синдроме изоляции «запертый человек» полностью становится вещью в себе, и не может не только что-то делать и разговаривать, но даже самостоятельно глотать, ему доступно только движение глаз. Этот эффект неоднократно отмечался в медицине. Порой с помощью «языка глаз» «запертые люди» обучались передавать достаточно сложную информацию. Ариэль Шарон, как отмечали израильские медики, долгое время находился в так называемой бодрствующей коме, т. е. слышал звуки, воспринимал голос, мог отвечать на вопросы с помощью глаз или рук.

Сын Шарона Гилад рассказывал, что его отец смотрит на него и шевелит пальцами по его просьбе.

«Синдром изоляции - известный факт в медицине. История с Шароном меня не удивляет, - сказал «АиФ» Святослав Медведев, член-корреспондент РАН, директор Института мозга человека.- Больной в коме, вегетативном состоянии вполне способен воспринимать внешние раздражители. Это только кажется, что он глух и слеп. На самом деле все может быть иначе. Бывает даже, что пациент всё слышит, видит и даже думает, а вот «выход» для него полностью закрыт. Люди могут оставаться в коме десятилетиями: чем дольше, тем сложнее выздоровление. Мог ли Шарон восстановиться полностью? Это было бы похоже на чудо… Если был обширный инсульт, то скорее всего выздоровление невозможно. Но если изначально повреждения мозга были не столь большие, шансы значительно возрастают…».

Кстати, российский генерал Анатолий Романов, ставший инвалидом в результате взрыва в 1995 г., сейчас находится не в коме, а скорее в «малом сознании». Но шансов на улучшение в его случае мало: мозг пострадал слишком серьезно.

Когда кричать нечем

Но чудеса случаются. 10 лет назад журналист «АиФ» побывал в гостях у американца Терри Уоллиса, который пришёл в себя после 19 лет непрерывной комы (см. «АиФ» № 46 за 2004 г.). Он впал в неё после автокатастрофы. Родители категорически отказались отключить сына от систем жизнеобеспечения, хотя стоило это немалых денег. Мама ежедневно бывала у сына, читала ему книги, разговаривала с ним, каждое Рождество семья встречала в палате больницы. Уоллис таки вышел из комы, у него восстановилась речь, он самостоятельно двигался.

Бывает, что при таком синдроме врачи принимают «бодрствующую кому» за настоящую утрату сознания и не стесняются в присутствии безответного больного, без обиняков обсуждая все без исключения медицинские вопросы, в том числе, касающиеся тяжести состояния пациента, вероятности его смерти и т. п. А он все слышит и понимает, получая в результате тяжелейший психологический удар.  Как раз так, по словам бельгийских медиков из Института изучения комы при Университете г. Льеж произошло с жителем этой страны Ромом Хоубеном, который в 1983 г. в возрасте 20 лет попал в автокатастрофу, получил черепно-мозговую травму и оказался полностью парализован. Врачи диагностировали у него «вегетативное состояние», подключили к аппаратуре, поддерживавшей его жизненные функции и предупредили родственников, что положение безнадежно. Однако после курса реабилитации по методике «облегчённой коммуникации», которая до этого использовалась для общения с детьми, страдающими ДЦП и аутизмом, немой... заговорил.

По настоятельным просьбам матери Рома, убеждённой, что сын слышит и понимает её, пациентом занялся известный бельгийский невролог Стивен Лорис. Он-то и сообщил, что всё это время сознание Хоубена работало почти на 100%. А сам 46-летний больной смог поведать миру о своей «жизни взаперти» и связанных с ней эмоциональных переживаниях: «Я кричал, но никто меня не слышал!» Много раз он пытался «достучаться» до окружающих, хоть чем-то показав, что осознаёт происходящее, однако все было тщетно. Активный мозг и ум этого человека, запертый в неподвижном и безгласном теле, ощущал себя настолько беспомощным, что потерял всякую надежду: «Все, что мне оставалось - это мечтать о том, чтобы меня не было...».

За польским железнодорожником Яном Гжебски, впавшим в кому после травмы головы, почти 20 лет ухаживала его жена, причём дома. Титанический труд верной и любящей женщины даром не пропал - её муж тоже вышел из комы.

Возможно, что таких «запертых людей» в мире много. Не менее 40% коматозных больных, по мнению д-ра Лориса, на самом деле находятся в полном или частичном сознании. Некоторых из них можно «оживить» - примеры благополучного восстановления пациентов после выхода из глубокой комы в медицине хотя и редки, но все же известны... 

«Если у врачей нет данных, что у пациента в коме присутствует сознание, это не значит, что оно не проявится впоследствии, - говорит Ирина Ивченко, зав. отделением анестезиологии и реанимации Института мозга человека. -  Случаи спонтанного восстановления сознания бывали. Определенность наступает, когда консилиум врачей, исходя из ряда критериев (в том числе, энцефалограммы) выносит определение «смерть мозга». Вот тогда - уже все».

Чем же, в таком случае, является эвтаназия - досрочное прекращение жизни людей, которые долгое время, согласно диагнозу, находятся в коме, но мозг которых жив? Благом, прекращающим напрасные страдания? Легализованным самоубийством? Или может быть, просто  убийством? В Европе и некоторых штатах США такую эвтаназию сегодня осуществляют по решению суда. Вопрос в том, кто именно должен принимать решение об отключении «запертого человека» от систем жизнеобеспечения или, наоборот, продолжении его жизни - родственники, врачи или, может быть, он сам?

Кстати

Комой врачи называют такое состояние больного, при котором основное функции организма продолжают поддерживаться его собственными силами, однако то, что мы называем сознанием, отсутствует. Некоторые родственники коматозных больных верят, будто в коме человек продолжает слышать своих близких и воспринимать их на неком подсознательном уровне. Однако с медицинской точки зрения восприятие как таковое в коматозном состоянии невозможно — мозг просто не в состоянии обрабатывать входящую информацию и тем более реагировать на неё.

Для определения состояния комы медики по всему миру используют так называемую шкалу комы Глазго. Согласно этой методике, врач должен оценить четыре показателя — двигательную реакцию больного, его речевые навыки и реакцию открывания глаз. Иногда в качестве дополнительного критерия используется состояние зрачков, которое может свидетельствовать, насколько сохранились функции ствола мозга человека.

Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий

Актуальные вопросы

  1. Зачем советник Трампа приехал в Москву?
  2. Чем запомнилась народная артистка России Альбина Матвеева?
  3. Почему запретили ввозить в Россию импортные томографы и кресла-коляски?

Одобряете ли вы ограничения правительства на закупку медизделий за рубежом?