aif.ru counter
Алексей Макурин 1 2776

Конверсия: попытка № 2. Как заводы ОПК учатся выпускать мирную продукцию

К 2025 г. доля гражданской продукции в военной промышленности РФ должна вырасти до 30%, к 2030 г. – до 50%, напомнил Владимир Путин на совещании по проб­лемам ОПК в ноябре.

Новейшее пассажирское судно «Комета 120М».
Новейшее пассажирское судно «Комета 120М». © / danvolodar2 / Commons.wikimedia.org

Как решить эту задачу, не повторив ошибок конверсии, которая не удалась в перестройку?

«Конверсия» – слово, вошедшее в анекдоты. Перевод военных заводов на гражданские рельсы на рубеже ­1980–1990-х гг. происходил настолько бестолково, что вспоминать о нём без смеха было невозможно. Но сегодня о конверсии снова говорят очень серьёзно. Что случится, когда все новейшие самолёты и корабли, оборонительные и наступательные системы будут построены? Государственный оборонный заказ, достигший в 2018 г. 1,5 трлн руб., дальше пойдёт на спад. Кто даст новую работу сотням заводов и нескольким миллионам людей в оборонно-промышленном комплексе? Только заказчики из гражданских отраслей экономики.

Сегодня, по данным Минпромторга РФ, доля мирной продукции в ОПК – 18%. Но потенциал неизмеримо выше. Ведь в оборонке используются новейшие научные достижения. На их основе можно и нужно выпускать товары и системы, многие из которых Россия до сих пор импортирует и которые можно самим поставлять на экспорт. Самые перспективные отрасли – производство нефтегазового, энергетического и медицинского оборудования, транспорта и станков, радиоэлектроники и гражданского стрелкового оружия. Никто больше не собирается заставлять военные заводы делать санки и сковородки.

Но оборонщикам ещё предстоит научиться конкурировать на гражданских рынках. Как у них это получается? «АиФ» задал этот вопрос исполнительному директору госкорпорации «Ростех» Олегу Евтушенко. Д­есять лет назад под крышей этого крупнейшего промышленного объединения России были собраны в основном военные заводы. Продажи гражданской продукции у «Ростеха» тогда были м­инимальными. Сегодня они дают уже треть выручки.

Катера от… «Калашникова»

Алексей Макурин, «АиФ»: – Олег Николаевич, как вы решаете, что завод созрел для конверсии и его продукция будет пользоваться спросом?

Олег Евтушенко: – Смотрим на специфику производства и ищем рыночные ниши, где можно предложить уже зарекомендовавшие себя военные технологии. Так произошло с военным транспортёром, который выпускает Омский завод транспортного машиностроения. На его базе была создана машина-амфибия, предназначенная для выполнения поисково-спасательных работ в зонах стихийных бедствий. Или, скажем, Москва решила заказать электробусы для своих улиц. И один из наших заводов предложил для их остекления уникальный материал, который в 2 раза прочнее и в 2 раза легче зарубежных аналогов. В его основе разработки, которые изначально применялись в военной авиации.

Электробус с конверсионным остеклением.
Электробус с конверсионным остеклением. Фото: Агентство «Москва»/ Никеричев Андрей

– А концерн «Калашников» н­ачал вдруг выпускать не только стрелковое оружие, но и катера, мотоциклы, беспилотные аппараты…

– Не вдруг. «Калашников» – это давно не только автоматы. На этом предприятии, акционером которого является «­Ростех», работают конструкторы, обладающие огромным опытом создания самой разной техники. Поэтому несколько лет назад мы начали целенаправленно диверсифицировать их разработки. И минувшим летом между Я­лтой и Севастополем стали курсировать новые суда на подводных крыльях – «Кометы», которые производит именно «­Калашников». А его беспилотники следят за пожарной обстановкой в тайге, куда падают отработанные ступени ракет, запущенных с космодрома «Восточный».

Три слагаемых успеха

– Что делает успешным конверсионный продукт?

– Первое – это новые технологии, обеспечивающие конкурентные преимущества и лидерство. Второе – ориентация на стабильный спрос. Это могут быть заказчики из ТЭКа, компании, которым необходимы услуги промышленного инжиниринга и радиоэлектроника. И это, безусловно, у­частие в проектах национального масштаба, которые развивает г­осударство.

Удачный пример – наш холдинг «Швабе», объединяющий ведущие предприятия оптико-электронной отрасли России. Он разрабатывает целый комплекс систем для проекта Минстроя «Умный город», нацеленного на внедрение в городское хозяйство цифровых технологий. «Умное освещение» повышает безопасность на дорогах и снижает энергозатраты, «умные светофоры» разгружают дороги... Сегодня пилотные элементы этого проекта внедряются в Москве, Санкт-Петербурге, Екатеринбурге, Нижнем Тагиле, Ярославле, Удан-Удэ. К тому же мировой рынок технологий для «умных городов» каждые 5 лет увеличивается вдвое. И есть возможность по­ставлять российские системы в другие страны.

– Но гражданский рынок предъявляет всё же другие требования, чем Минобороны. Как их учесть на оборонных предприятиях, для которых главное – выполнение государ­ственной задачи?

– Да, промышленный брендинг, дизайн, ежедневная связь с потребителями – новое для большинства военных заводов. И нужно быстро научиться играть по правилам «мирных рынков». Решить эти проблемы могут специалисты, которые разбираются не только в технологиях, но и в «бережливом производстве», маркетинге, продажах. «Ростех» выращивает их в своей корпоративной академии. Обучение в ней проходят как рядовые сотрудники, так и топ-менеджмент.

Трамплин для хай-тека

– Нет ли опасности, что пере­ориентация на гражданских заказчиков разрушит систему работы, которая заточена именно под оборонный заказ? Например, в нужный момент не удастся быстро перезагрузить мощно­сти с гражданской продукции на в­оенную?

- Таких рисков нет. Никто не планирует избавляться от мощностей, подходящих и необходимых исключительно для производства вооружений. Никто не хочет, как в 1990-е гг., ослабить оборонную промышленность. Тогда многие стали жертвой иллюзии, что врагов у России больше нет и военная продукция не нужна. Государство фактически отпустило промышленность в свободное плавание, заводы выживали кто во что горазд. Единого понимания и стратегической задачи восполнить пробелы в определённых технологических нишах не было. Теперь же мы намерены развивать гражданку только на тех предприятиях, где это целесообразно и экономически выгодно. Мы рассчитываем свои шаги не на 5 лет, а на 20 лет и больше. 

– Что выиграет экономика всей страны благодаря конверсии в ОПК?

– Именно оборонка дала толчок развитию хай-тека во многих странах мира. Среди успешных примеров Израиль, США, Китай. Множество военных технологий – а главное, идей – было успешно реализовано в «мирных» бизнес-проектах. Причём запускались они не только на базе военных предприятий, но и за их пределами. Так будет и в России.

Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий

Актуальные вопросы

  1. Как отличить сердечную боль от невралгии?
  2. Какие льготы и скидки на железнодорожные билеты положены инвалидам?
  3. Можно ли не платить за вывоз мусора?


А что вы думаете по поводу тарифной политики в ОСАГО?

Самое интересное в регионах
Роскачество
САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ В СОЦСЕТЯХ