14 января наступит так называемый «старый Новый год». Лучшего повода для обсуждения календарного вопроса не найти. Тем более что накал страстей вокруг «старого» и «нового» стилей с годами не спадает

О календарях вообще

Календарь в современном европейском понимании — это основанная на математических расчетах попытка табличного отображения циклов вращения Земли вокруг Солнца и вокруг своей оси. Полный оборот вокруг Солнца принято называть годом, он совершается за время, примерно равное 365 суткам, или оборотам Земли вокруг своей оси.

Как ни крути, астрономические год и сутки, то есть периоды обращения Земли, не кратны ни одной единице времени, изобретенной человечеством. Издревле сложилось, что европейская цивилизация исчисляла время часами, сутками, неделями, месяцами и годами. Пусть не всегда, но людям часто хотелось запомнить и отметить на шкале времени какие-то события прошлого, а также строить планы на будущее. Наиболее удобные «привязки» для времяисчисления нам предлагает сама природа: день и ночь, времена года, дни равноденствия и солнцестояния, полнолуния. Любой календарь стремится увязать придуманные людьми единицы измерения с циклами вращения Земли, внешне проявляемыми «привязками». В результате календарь представляет собой не более чем попытку найти компромисс между сложностью расчетов и простотой итоговых таблиц.

Юлианский календарь

Когда-то давно всем известный римский император Юлий Цезарь решил упорядочить календарь. К этому моменту римляне пользовались семидневными неделями и лунными месяцами. Но дело в том, что вращение Земли по отношению к Солнцу дает или годы, или сутки, и не дает удобного промежуточного деления. Дни — слишком маленькая единица для календаря: их слишком много в году, неделя лучше, но их в году тоже немало — более пятидесяти. Если бы мы захотели описать дату без месяцев, то получилось бы нечто невразумительное. К примеру, в среду 28-й недели 1964 года был дождь. Жить и работать с такой конструкцией невозможно. При этом цикличность появления Луны на небосклоне дает как раз удобное промежуточное деление — так называемые месяцы, равные примерно 29 суткам, что составляет где-то одну двенадцатую часть года. Это вполне удобно для жизни и работы, тем более что издревна повелось месяца называть не цифрами, а именами. Так мы получаем знакомые нам способы выражения времени, к примеру, 14 марта 1967 года шел дождь.

Так вот, Юлий Цезарь со своими помощниками и сутки, и недели, и месяцы, и годы собрал в единый универсальный календарь. Он разбил год на месяцы, не зависящие от лунных циклов, и удлинил месяц до 30 и 31 дня, чтобы в сумме получалось 365 дней в году. Чтобы календарный год был близок к году астрономическому, или, проще говоря, сохранить привязку конкретных дат к дням равноденствия и солнцестояния, было решено раз в четыре года добавлять один день к самому короткому месяцу — февралю. Так появились високосные годы. Таким образом, к примеру, весеннее равноденствие приходилось из года в год на 21 марта.

После разных незначительных правок, внесенных последователями Юлия Цезаря, получился известный всем нам так называемый юлианский календарь — тот самый, по которому живут некоторые православные поместные Церкви, в том числе и Русская.

Григорианский календарь

На самом деле простота юлианского календаря является обратной стороной его точности. Юлианский календарь немного опережает «течение звезд». Каждые 128 лет накапливается еще один неучтенный день, то есть даты равноденствия и солнцестояния, хоть и медленно, но все же смещаются относительно реального положения светила. Если каждые 100 лет, за исключением годов, кратных четырем (четырехсотый, восьмисотый и т. д., в том числе и двухтысячный год), удалять по одному дню, то есть перепрыгивать через один день, то точность повысится на порядки, и снова на долгие-долгие годы весеннее равноденствие будет приходиться на 21 марта.

Примерно такую процедуру и ввели при римском Папе Григории в 16 веке. Кстати, для календарных расчетов использовали таблицы, предложенные Николаем Коперником, который, как мы помним, утверждал, что именно Земля вертится вокруг Солнца.

Заметим, что в те времена редакторов календаря интересовал вопрос пасхалии — таблиц для вычисления Пасхи, а не астрономическая точность календаря вообще. Поэтому в качестве ориентира Папа Григорий взял рекомендации, зафиксированные на авторитетнейшем для христиан Первом Вселенском соборе, и решил внести такую правку, чтобы достигнуть соотношения между календарем и звездным небом, которое было во времена собора, то есть в начале четвертого века. Таким образом, из календаря было удалено десять дней — по одному дню на каждые сто лет, исключая кратные четырем. Так что, условно говоря, после первого января наступило сразу одиннадцатое. Всем потомкам Папа Григорий завещал свое детище, названное григорианским календарем. С тех пор прошли годы, и пришлось удалить еще три дня. Если бы юбилейная цифра не делилась на четыре, то 9 лет назад мы стали бы свидетелями удаления еще одного дня из календаря.

Таким образом, благодаря мешанине астрономических, религиозных и политических мотивов мы имеем то, что имеем: достаточно точный и удобный григорианский календарь и все более отстающий от него юлианский календарь. Через 91 год отставание будет составлять 14 дней, и старый Новый год будут праздновать 15 января.

Православие и календарь

Какое отношение все сказанное имеет к православию? По сути, никакого, но на практике огромное. Как показали многочисленные отклики на заметку о празднике Рождества, православие у наших граждан прочно ассоциируется с календарным вопросом. Кто-то считает, что календарь и православие неразрывны, и только Церковь — носитель «истинного» календаря. Кто-то замечает, что Библия о календаре молчит, и вопросы летоисчисления — вне компетенции Церкви.

Если говорить серьезно, то, безусловно, второе мнение отражает истинное положение дел. Священное Писание, догматы Церкви (вероучительные истины православия) и каноны Церкви (дисциплинарно-правовые нормы) о календарях молчат. Организация жизни в большинстве поместных православных церквей по новому стилю и вполне дружественное отношение этих церквей со «старостильными» церквями говорит о том, что вопрос календаря - не более чем культурная и этническая особенность той или иной страны.

Однако, несмотря на это, календарный вопрос для многих православных христиан все больше становится самодостаточным и, не имея отношения к реальности, превращается скорее в идеологическое оружие. Ревнители «правильного» календаря готовы выдумывать всякие небылицы и мифы, лишь бы отстоять свои ложные идеологемы. Их не смущает, что об отсутствии связи между нашей верой и календарем говорят такие два важных факта. Во-первых, Пасха Христова празднуется совсем не в первое воскресенье после первого полнолуния после весеннего равноденствия, когда, согласно Евангелиям, произошло воскресение Христа. В наши дни Пасха вычисляется по таблицам лунного календаря четвертого века, которые с астрономической точки зрения безнадежно устарели. Во-вторых, празднование Рождества Христова 25 декабря. В действительности никто не знает, когда родился Христос. Предполагают, что это было зимой. А дата 25 декабря выбрана для того, чтобы днем празднования рождения Спасителя затмить и даже перекрыть языческий праздник в честь Солнца как божества.

Понять некоторых ревнителей юлианского календаря можно. Их, скорее всего, настораживает то обстоятельство, что православное богослужение может пострадать от реформы, ибо оно теснейшим образом связано не только с юлианским календарем, но и с лунным древним календарем. А это чрезвычайно запутывает дело. Конечно, вопрос этот очень сложный, но все же совсем не принципиальный и при определенных условиях решаемый.

В Русской православной церкви календарь обсуждается уже около ста лет. Насколько я понимаю, в конечном итоге все упирается в церковную необразованность нашего народа и даже части духовенства. Если говорить просто, то календарная реформа невозможна в ближайшие десятилетия по двум причинам. Во-первых, не поймет народ, и совершенно точно часть православных уйдут в раскол, поставив календарь выше веры во Христа. Во-вторых, после советского периода никак не придет в себя и не наберет силу церковная наука. Иными словами, нет достаточного количества специалистов, способных такую реформу подготовить. Дело не в том, чтобы выкинуть 13 дней, а прежде всего в том, чтобы адаптировать сложный богослужебный устав к григорианскому календарю.

Так или иначе, тема календаря еще многие годы будет волновать тех, кто неравнодушен к церковной жизни, пусть даже это будет недоумение по поводу разницы в праздновании Рождества. Мне бы не хотелось, чтобы дискуссия по этому вопросу приобретала религиозный и псевдобогословский характер. По-моему, это будет дискредитировать Церковь и ту благую весть, которую она несет миру. Важно, чтобы календарные, да вообще культурные, национальные, дисциплинарные, правовые вопросы не становились религиозными. Только так возможно будет жить, следуя завету Блаженного Августина: «В главном единство, во второстепенном многообразие, во всем любовь».

Читайте также:

Здравствуй, Старый Новый год!