18

С. Соловьёв: "Вместе с совестью мы теряем Бога"

"Для того чтобы быть успешным, разумеется, в сегодняшнем общественном понимании, нужно прежде всего убить в себе совесть", - считает режиссёр Сергей СОЛОВЬЁВ.

"Для того чтобы быть успешным, разумеется, в сегодняшнем общественном понимании, нужно прежде всего убить в себе совесть", - считает режиссёр Сергей СОЛОВЬЁВ.

СЕГОДНЯ режиссёр заканчивает экранизировать роман Льва Толстого "Анна Каренина".

"Каренина" - первый русский сериал

- СЕРГЕЙ Александрович, думаете, любовная история, сочинённая в XIX веке, будет сегодня актуальна?

- Если эта история действительно любовная, то, разумеется, она будет актуальной. А история любви Анны - это выдающаяся любовная история. Я, когда впервые сделал самую приблизительную монтажную складку фильма, вдруг поймал себя на том, что мне это что-то очень напоминает: брошенный муж, неизвестно чей ребёнок, адюльтер с блестящим офицером... И вдруг понял, что нечто подобное мы все видели в каких-нибудь, скажем, бразильских "мыльницах". Стыдно сказать, но именно этот фактор внушает надежды на более-менее приличные рейтинги. Увы, но рейтинги убеждают нас в том, что любовные истории, настоянные на поэзии и на правде, рейтинговых успехов не имеют. Хотя исключения бывают.

Вообще я думаю, что "Анна Каренина" - это великий роман русского Серебряного века, написанный, когда этот век ещё не наступил. И женщины этого века только-только родились. Ну, в частности, через 50 или даже больше лет после написания романа "великую Анну" - Марину Цветаеву спросили: "А бывает ли счастливая любовь?" На что она с твёрдостью и не рассуждая ответила сразу: "Если счастливая, то не любовь".

А что касается путешествия романа во времени, то, как и у всякого подлинно классического произведения, меняющиеся времена только обостряют актуальность тех или иных внутренних тем. Ну, скажем, если судить об Анне не по логике "рейтингового зрителя", а по душе, то не плохой характер в ней главное, но гипертрофированная совесть. Именно больная совесть ведёт Анну по всем Дантовым кругам ада и бросает под колёса поезда. И эта тема, я думаю, прозвучит сегодня. Может быть, в самые бессовестные русские времена. Действительно, оглянитесь вокруг и вы поймёте - для того чтобы быть успешным, разумеется, в сегодняшнем общественном понимании, нужно прежде всего убить в себе совесть. А вместе с потерей совести человек теряет и Бога внутри себя. Потеряв Бога, Анна не смогла дальше жить.

- Что же нас ждёт тогда в будущем, если совесть, словно аппендикс, нужно вырезать, чтобы не мучиться?

- Я сомневаюсь, что были когда-нибудь времена или, допустим, они наступят, когда совесть была или будет распространённым масскультовским понятием. Совесть всегда связана с нефальшивой жизнью отдельной человеческой личности. И носителями её через времена и поколения являются, ну, фундаментальные, что ли, люди. В любую эпоху их немного, но они всегда есть и, как генная элита народа, они ухитряются сохранять свою породу и своё племя. Ну вот, например, возьмём последние полвека, которым лично я был свидетелем. Я знал и знаю таких людей. Ну, скажем, Булат Шалвович Окуджава. Белла Ахмадулина. Композитор Исаак Шварц. Валерий Левенталь. Юрий Башмет. Лёня Филатов... Это не список отличников. Это люди, с которыми я имел счастье быть знакомым и которым всегда удивлялся. Ну, разумеется, людей таких много больше, чем я тут впопыхах насчитал. Но именно они - носители стабильности высоты человеческого сознания, которое и делает, в частности, любовь стабильным и вечным понятием. Мне особенно приятно знать, что определённое количество этих вот "фундаментальных людей" встречено мной и среди той молодёжи, с которой я время от времени общаюсь. И новому поколению тоже как-то совершенно естественно наплевать и на успех, и на богатство, и на жлобские чудеса рыночной экономики. На всей этой поганой мякине их, несмотря на молодость, уж точно не проведёшь. Это вселяет надежду...

У народа - своя тусовка, у Рублёвки - своя

- ВЫ СНИМАЛИ фильмы, рассказывающие о любви во времена Чехова и Толстого. Сейчас отношения мужчины и женщины изменились... Это плюс или минус нашего времени?

- Вообще все эти разговоры о кардинально меняющихся вкусах и временах - по большей части всё-таки какая-то грандиозная, многим удобная общественная афера. В сущности же времена, конечно, неизменны, и тем ценны наша история и наша жизнь. Вот как-то меня Башмет спросил: "Ты Канчели знаешь?" - "Естественно, Чита-дрита, Чита-маргарита". - "Приходи в консерваторию, послушай, чем он сейчас занят". Я пришёл и услышал симфоническое сочинение Канчели, сыгранное Башметом, под названием "Река памяти". Оно как-то по-другому, по-иностранному называется, но я сейчас название забыл. Перед началом концерта нас с Канчели познакомили. Он в модных ботинках, хорошо сшитом костюме, остроумный современный человек. Заиграли его музыку. И у меня волосы на голове встали дыбом, потому что играли то самое "фундаментальное" произведение, совершенно такое же произведение, которое мог сочинить, скажем, Бетховен. Или даже Бах. Значит, всё на месте и всё идёт как надо.

- Сергей Александрович, сегодня чуть ли не признаком хорошего тона стало заявлять, что я, мол, не смотрю телевизор, не читаю Донцову. Это, наверное, про вас?

- Да почему? Телевизор всё время смотрю. Как только в очередной маразм впадаю - так и смотрю. Ну именно Донцову, может быть, и не читаю, но не из принципа, а потому что не попадалась. А Робски вот прочитал. Даже её фраза одна мне в голову запала: "Я никогда не думала, что так мягка чужая женская грудь". А что? Неслабо сказано! Действительно мягка.

- Её книгу собираются экранизировать. Думаете, народ не раздражают рассказы о проблемах миллионеров с Рублёвки?

- На самом деле, чтобы высказывать тут суждения о народе, нужно бы народ этот знать. К сожалению, я похвастаться таким не могу. Но предполагаю, что народ даже и не знает, что такое Рублёвка. Да и не хочет знать. У них своя жизнь и своя компания, у народа - своя. И заботы тоже другие. Свои. А раздражаться по поводу того или иного устройства общества народ больше не хочет. Что одно, что другое - в общем-то, всё одинаково и всё к народу этому самому не имеет никакого отношения. Вернее, имеет, но такое, что в коротком интервью его не обсудишь.

А что касается количества "фундаментальных" людей в этой молчаливой массе, то вот какая история со мной произошла в городе Ярославле. Пригласили меня на фестиваль комедийных фильмов с очень печальным фильмом "О любви". Там должен был состояться просмотр, а потом обсуждение. Я был в ужасе от того, что всё это назначили на 12 часов дня в воскресенье. Тем не менее набился полный зал на 600 мест, а потом человек 150 остались "обсуждать". Слово за слово, стали разговаривать, я заметил, что публика осталась бедная. Ну не бомжи, конечно, одеты и выглядят чуть получше, но всё-таки на "презентацию" не похожи. Разговор как-то сам по себе неожиданно и удивительно перевернулся в исключительно человеческое русло. Заговорили про свободу и искусство, ну, мол свободы - сколько хочешь, а искусство куда-то попряталось. Потом про то, что новые стихи куда-то совсем исчезли. Это почему? Потом про "деревенскую прозу" и про Астафьева. Я расчувствовался чуть не до слёз. "Спасибо, - говорю, - вам. Жаль только, что нас так мало". Тут кто-то из зала говорит: "Да если посчитать как следует, не так уж нас и мало. Вот вчера, - продолжал он, - в книжный магазин привезли "Кипарисовый ларец" Анненского. Я посмотрел - тираж у книжки 5000 экземпляров. Ну на Россию это, конечно, немного. Но посмотрите: в магазине было 30 экземпляров, и к вечеру ни одного не осталось". Это, я думаю, следствие природного разума того самого народа, который жил без Рублёвки и собирается дальше жить без неё.

- Сняв 20 лет назад "Ассу", вы стали одним из самых модных режиссёров. Теперь снимаете "2-АССА-2". Узнали о молодёжи что-то новое?

- Да я как-то специально не стремился узнавать, навроде как про диких зверей, что-то такое особенное про молодёжь.

Ну а если говорить вообще, что же такого значительного и поучительного произошло, ну скажем, с нашим искусством за последние 20 лет, то главное - это навсегда, я думаю, ушёл оценочный "закон контраста", которым, как универсальной отмычкой, 20 лет тому назад можно было вскрыть всё что угодно. Помните: "молодой или старый", "физик или лирик", "реалист или андерграундник", "русский или еврей"... Вот, я думаю, ни одна здравая голова сегодня этим примитивнейшим тестом уже не воспользуется. Время и, в частности, последние 20 лет показали, что есть только одно, в сущности, противопоставление. Но оно главное: настоящее или фуфло. Вот, наверное, и всё. А как определить настоящее? Умом, образованностью, сердцем... Это совсем не лишние человеческие качества. Ни тысячу лет назад, ни сейчас.

Актуальные вопросы

  1. Как Великобритания будет выходить из Евросоюза?
  2. Что такое tax free и когда система заработает в России?
  3. Можно ли теперь перевозить детей без автокресла?


Поддерживаете ли вы инициативу Госдумы устраивать в летние месяцы сиесту?

Новое на AIF.ru