aif.ru counter
Сергей Грачёв 1 5428

Елизавета Боярская: «Благотворительность – это не только деньги»

Статья из газеты: АиФ Здоровье №31 30/07/2015

Одна из самых популярных актрис российского театра и кино, известная также своей активной благотворительной деятельностью, сегодня гость редакции «АиФ. Здоровье».

Елизавета Боярская.
Елизавета Боярская. © / www.russianlook.com

«Помогая другим цепляться зубами за жизнь, выкарабкиваться из трясины наркотического ада или другой страшной болезни, ты вдруг переоцениваешь свою жизнь, начинаешь её больше ценить. И в этом смысле ещё вопрос, кто кому помогает больше…» – считает Елизавета Боярская.

Оголённые души

Сергей Грачёв, «АиФ. Здоровье»: Лиза, так получается, что в России, да и в других странах, людям с тяжёлыми заболеваниями или же просто оказавшимся в сложной жизненной ситуации, приходится рассчитывать не на государ­ство, а на благотворительные фонды. Не секрет, что вы, как и ваш супруг актёр Максим Матвеев, не просто уделяете внимание благотворительности, а достаточно активно, плотно ею занимаетесь. Зачем вам это надо?

Елизавета Боярская: – Cмотря о какого рода благотворительности мы говорим. Например, мы вместе с актрисой Ксенией Раппопорт состоим в попечительском совете одного из центров реабилитации наркозависимых. И всякий раз, когда есть возможность, мы этих ребят навещаем, разговариваем с ними. Слушаешь порой какую-нибудь молоденькую девочку, ребёнка по сути, и в ужас приходишь: человек сидит на игле с самого детства! Я понимаю, наркозависимые – это не та категория, которая однозначно вызывает в обществе сочувствие. Но это тяжелобольные люди, они борются за жизнь всеми силами, и наше общение с ними, участие в их судьбе важно для них. 

Так что благотворительность может заключаться не только и не столько в финансовой помощи. Это как раз самое простое: перевёл деньги – и вроде твоя совесть чиста. Нет, этого мало. Им очень нужна наша помощь, чтобы в наших глазах, в глазах окружающих они были не наркоманами, к которым испытывают презрение, к которым не хотят подходить, а чтобы в них поверили. Когда я общаюсь с этими детьми, вижу, как они пытаются выкарабкаться, как оголены их души, и в эти моменты получаю от них, возможно, даже больше, чем отдаю.

Елизавета Боярская и Максим Матвеев
Елизавета Боярская и Максим Матвеев. Фото: www.russianlook.com

– Что вы имеете в виду?

– По-другому начинаешь смотреть на суетные проблемы своей жизни. Начинаешь больше ценить свою жизнь, ценить то, что у тебя есть. Именно они, эти ребята, учат тебя простым, но важным вещам…

– Задам провокационный вопрос: какой смысл бороться со следствием, то есть с зависимостью уже прошедших через ад наркомании людей, если наркотики по-прежнему доступны для молодёжи?

– Согласна, это очень страшно, что наркотики остаются доступными для детей. Но это не значит, что нужно махнуть на проблему рукой. При такой логике вообще многое теряет смысл, а это неправильно. Я сама искренне не понимаю, как это возможно, что среди бела дня на улице прямо у метро, например, могут раздавать курительные смеси спайс, от которых человек через два месяца превращается в овощ, и помочь такому зависимому уже практически нельзя. Раньше считалось, что это проблема преимущест­венно больших городов, но сейчас и в провинции все заборы, асфальт разрисованы рекламой этого яда.

Животный страх

– Когда с ребёнком случается беда и он становится наркоманом, очень часто окружающие – соседи, знакомые, кто угодно – винят родителей: «Недоглядели! Мало внимания уделяли ребёнку! Не смогли найти общий язык! Не объяснили, не предостерегли!» Таких историй и в актёрской среде, к сожалению, достаточно. В результате родители, чьи дети оказались в наркотическом плену, всю жизнь терзаются чувст­вом вины, ставят крест на себе и на своей жизни тоже. Что думаете по этому поводу?

– Ответственность родителей никто, конечно, не отменял. Но ужас в том, что, будь ты хоть трижды суперзаботливой мамой или папой, бывают обстоятельст­ва, когда уберечь детей фактически невозможно. Ну не можешь же ты изолировать ребёнка от мира! А мир не всегда доброжелателен. К тому же в подростковом возрасте дети часто оказываются самой уязвимой частью нашего общества. У них нет страха смерти, они хотят идти и поступать наперекор родителям, всем полученным установкам. И речь не только о трудных подрост­ках. В группе риска и вполне, казалось бы, уравновешенные, спокойные детки из благополучных семей.

Фото: www.russianlook.com

– Вы лично проходили через это? Всё-таки вы из богемной семьи, про таких, как вы, говорят «золотая молодёжь»…

– Нет, никакие наркотики я никогда в жизни не пробовала! Я испытываю просто дикий, животный страх перед ними. Я даже в мыслях этого не допускала. Очень бы хотелось думать, что вот этот защитный страх передаётся на генетическом или каком-то другом уровне и мои дети будут испытывать подобные чувства по отношению к наркотикам и вообще ко всему, что может вызвать губительную зависимость. Сама я и к азартным играм равнодушна, и к алкоголю. Был период в моей жизни, когда я зачем-то курила, но это всё в прошлом.

«Старость» – в радость!

– Напоследок хотелось бы поговорить о творчестве. Слышал, что сейчас вы снимаетесь в четырёхсерийном фильме «Ромео и Джульетта холодной войны», исполняете роль талантливой балерины. Тяжело ли стоять на пуантах?

– Ну, в душе я немного балерина. (Смеётся.) Всё-таки 13 лет занималась балетом. Даже поступила в своё время в Вагановское хореографическое училище, правда, буквально через месяц оттуда со свистом вылетела. К сожалению, нет у меня данных, чтобы заниматься танцами профессионально, но на любительском уровне, наверное, я неплохо двигаюсь. С удовольствием танцую дома, во время съёмок и с радостью соглашаюсь участвовать в проектах, где нужно как-то проявить танцевальные способности.

А что касается роли балерины, о которой вы говорите, то я исполняю лишь несложные танцевальные элементы. Всю самую тяжёлую работу за меня и моего партнёра делают дублёры. А дублёры у нас, на секундочку, солисты Мариинского и Михайловского театров!

Елизавета Боярская в спектакле «Вишневый сад». Малый драматический театр Фото: www.russianlook.com

– В телесериале «Долгий путь домой», в котором вы снимались, вас состарили лет на двадцать. Обычно актрисам хочется сиять на экране молодостью и красотой. Я не прав?

– В первую очередь хочется играть интересные, яркие роли. Я как-то уже говорила, что на эксперименты с внешностью на киноэкране, если оно того стоит, я не просто готова, а буду им только рада. Необычный, сложный грим, другие кардинальные внешние перевоплощения, как правило, дают в итоге объёмный, интересный характер. Ну какой актёр от такого откажется?


Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий

Актуальные вопросы

  1. Как проверить полис ОМС?
  2. Стоит ли опасаться, если после заправки в машине пахнет бензином?
  3. Что за обыски ФСБ проводит по делу о хищениях средств гособоронзаказа?


Самое интересное в регионах