00:01 24/11/2014 Дмитрий Захарченко 3 19286

Сокровища богемного дна. Анри де Тулуз-Лотрек и его Париж

Мелькающие со всех сторон женские ножки, пьяные поэты в обнимку с ворами и убийцами, проститутки в поисках работы и бесплатного алкоголя — таким был Париж времён Анри де Тулуз-Лотрека. Таким он любил и рисовал Монмартр конца XIX века.

«Танец в Мулен Руж». 1890.
«Танец в Мулен Руж». 1890. © / Public Domain

«Что такое Монмартр? Ничего. Чем он должен быть? Всем!»
Родольф Сали, владелец кабаре «Ша Нуар»

«Внимание! Вот идёт шлюха. Но не думайте, что это какая-нибудь завалявшаяся девка. Товар первого сорта!» — разорялся у входа Аристид Брюан, известный эстрадный певец и владелец только что открывшегося кабаре «Мирлитон». Анри, ему было только 24 года, с восхищением наблюдал за Брюаном и набивавшейся сюда каждый вечер богемой.

 Элизе-Монмартр . 1888
«Элизе-Монмартр». 1888. Фото: Public Domain

«Спасибо. Я провёл чудесный вечер. Наконец-то в первый раз в жизни меня в лицо назвали старым хрычом», — отзывался о «Мирлитоне» один из заядлых посетителей, дивизионный генерал. Над входом вскоре появилась вывеска: «Сюда ходят те, кто любит, чтобы их оскорбляли». К десяти вечера попасть внутрь было невозможно — кабаре было переполнено. Вечеринки проходили каждый день, гул не утихал до двух ночи.

Раньше в этом здании находилось кабаре Родольфа Сали, одного из самых известных деятелей Монмартра. Однако Сали решил переехать на улицу Лаваль, подальше от нищих бездельников и откровенных головорезов. Тем не менее его обновлённый «Ша-Нуар» был по-прежнему популярен.

Полные залы собирал и «Мулен-де-ла-Галетт», где всегда темно и грязно, а по понедельникам — чуть ли не обязательная поножовщина. «Элизе-Монмартр» — заведение поприличнее, с профессиональными танцовщицами и дежурящим в задних рядах комиссаром полиции Кутла дю Роше. Его здесь называли «Папаша Целомудрие».

Поначалу Анри де Тулуз-Лотрек больше всего любил «Элизе-Монмартр», но когда на месте претенциозного, на его взгляд, «Ша Нуар» открылся «Мирлитон», молодой художник стал его завсегдатаем и вскоре сдружился с Брюаном.

«Эти идиоты ровным счётом ничего не понимают в моих песенках, — рассказывал другу Брюан. — Они не знают, что такое нищета, и с рождения купаются в золоте. Я мщу им, понося их, а они хохочут до слёз, думая, что я шучу. А на самом деле я часто вспоминаю о прошлом, о пережитых унижениях, о грязи, которую мне пришлось увидеть. Всё это подступает комком к горлу и выливается на них потоком ругани».

 Марселла Лендер, танцующая болеро в кабаре Шильперик, 1895
«Марселла Лендер, танцующая болеро в кабаре „Шильперик“», 1895. Фото: Public Domain

Тулуз-Лотрек в детстве тоже купался в золоте. Он происходил из знатного рода генералов и полководцев, но и у него были причины ненавидеть истеблишмент. «Мирлитон» Брюана стал ему новым домом. «Тише, господа! Пришёл великий художник Тулуз-Лотрек с одним из своих друзей и каким-то сутенёром, которого я не знаю», — громогласно приветствовали Анри в «Мирлитоне».

«Маленькое сокровище» замка Боск

На Монмартр Тулуз-Лотрек переехал в 19 лет. Он оставил позади отца, набожную мать, аристократические балы, незаконченное высшее образование и шикарные родовые имения. Дома Анри называли «Маленьким сокровищем», холили и лелеяли.

Он был самым активным ребёнком в семье и не представлял себе занятий лучше, чем охота и верховая езда. В этом смысле он полностью совпадал с отцом — бесстрашным офицером, славившимся не только военными, но и романтическими победами. Свободное время граф Альфонс посвящал выпивке и эксцентричным выходкам. Ему ничего не стоило выйти погулять в доспехах средневекового рыцаря. Соседи и супруга считали графа эксцентричным, Анри обожал отца и равнялся на него.

Анри де Тулуз-Лотрек
Анри де Тулуз-Лотрек. Фото: Commons.wikimedia.org

В то же время «Маленькое сокровище» не мог не замечать тревог матери. В своё время графиня Адель считала себя настоящей счастливицей, но теперь явно устала от измен мужа. Формально родители Анри разошлись, когда тому было четыре года — сразу после смерти младшего сына Ришара. Однако затем граф неоднократно возвращался домой, а графиня боялась ему перечить.

В 14 лет Анри упал с лошади и сломал левую бедренную кость. Следующие 40 дней подросток не вставал с кровати, кости срастались с трудом, восстановление продолжалось полтора года. Но как только Анри смог вести активный образ жизни — вновь полез на лошадь и вновь упал, сломав на этот раз правое бедро.

После этого Анри не вырос ни на сантиметр, и до самой смерти его рост составлял полтора метра. Гораздо хуже было другое — его туловище продолжало развиваться, и со временем «Маленькое сокровище» превратился в непропорционального урода с огромной головой и коротенькими ножками. До конца дней он ходил с тростью.

Для матери это стало трагедией, а отцу принесло лишь разочарование и раздражение: зачем ему сын, с которым даже куропатку не подстрелишь? Граф Альфонс считал, что у него отобрали первенца и больше не воспринимал Анри своим сыном. Тогда все считали, что Анри просто слабый и неловкий подросток, о наследственном остеогенезе и генетических болезнях детей близких родственников в то время не знали. Родители Анри были кузенами.

Мать продолжала любить и поддерживать сына, но она знала, что для снобов из аристократического круга Анри станет объектом для насмешек. Здесь ценятся удаль жестоких сражений и витиеватые бальные па.

Анри и сам понимал, что происходит, хотя старался не подавать виду. Он сам больше всех иронизировал о своём уродстве — превентивный удар, ведь так или иначе жестокую шутку произнесёт кто-то другой. Обожавший ходить с отцом на охоту, он понял, что теперь в его жизни осталась только живопись.

Сдав экзамены на зрелость, успешно отучившись в нескольких художественных мастерских, к 19 годам юный Тулуз-Лотрек понял, что пришло время начать собственную жизнь.

Порочное очарование Монмартра

Лотрек поселился у друзей — Рене и Лили Гренье на улице Фонтен, 19 бис. Лили пользовалась большой популярностью, её любили художники, музыканты и предприниматели. Влюбился в неё и Анри, правда, ему хватало такта сдерживать себя. Лили об этом, скорее всего, не догадывалась, и они стали близкими друзьями.

 В салоне на улице де Мулен . 1894
«В салоне на улице де Мулен». 1894. Фото: Public Domain

В компании Гренье Лотрек был заводилой, он охотно участвовал во всех развлечениях, которые придумывала Лили. Анри прослыл мастером светских бесед и неизменно производил впечатление на собравшихся гостей. Вместе с друзьями Анри часто ходил в кабаре, где тоже стал душой компании. Лотрек также стал завсегдатаем публичного дома на улице Стейнкерк.

Никаких иллюзий у Лотрека уже не было — на танцпол он не стремился. Каждый вечер Анри заказывал рюмку за рюмкой и рисовал всех, кого встречал, — на салфетках, обрывках бумаг, углём, карандашом. В ход шло буквально всё. Рисование опьяняло молодого человека не меньше вина. «Я могу пить, не опасаясь, ведь мне, увы, не высоко падать!» — шутил он.

Внимательный глаз художника с первого взгляда подмечал все особенности «мишени», Анри мог выразить их одной-единственной линией. Он рисовал спившихся поэтов и потерявших надежду проституток, известных журналистов и литераторов, представителей света и полусвета. Лотрек рисовал всех без разбору — его интересовала личность, он изображал характер, а не внешность.

 Никчёмные . 1891
«Никчёмные». 1891. Фото: Public Domain

В публичных домах Лотрек встречал людей, которым уже нечего скрывать или терять. Для него, выросшего среди снобов, мошенники, сутенёры и проститутки в прокуренных залах «Элизе-Монмартр», «Мулен-де-ла-Галетт» и «Мирлитона» были глотком чистого воздуха.

«Мирлитон» тем временем процветал. Брюан зарабатывал по 50 тысяч франков в год (около €3,5 млн на сегодняшние деньги). Здесь собирался весь Монмартр, а во время уличных облав прятались уличные проститутки. По пятницам здесь проходили вечеринки для изысканной публики — вход стоил в 12 раз дороже.

«Обжора» из «Мулен Руж»

В октябре 1889 года Монмартр стоял на ушах — экстравагантный бизнесмен Жозеф Оллер объявил, что на месте снесённого четыре года назад «Рен-Бланш» открывается «Мулен Руж». На открытие пришли все кутилы Парижа, включая князя Трубецкого и графа де Ларошфуко. Не мог пройти мимо и Тулуз-Лотрек.

Одна из стен огромного зала была зеркальная. Помещение ярко подсвечивалось рампами и люстрами, повсюду висели стеклянные шары. Девушки на сцене танцевали кадриль, а примой «Мулен Руж» стала уже известная Ла Гулю по прозвищу «Обжора».

Ей было 23 года, она уже покорила Монпарнас и стала главной звездой «Мулен-де-ла-Галетт». Девушка представлялась публике наглой и надменной женщиной, попробовавшей в жизни почти всё. По окончании выступления она не кланялась, молча разворачивалась и, покачивая бёдрами в чёрной юбке шириной в пять метров, уходила за кулисы. Ла Гулю знала, что сотни мужских глаз жадно провожают её аппетитные ножки. «Не угостите даму?» — так начинался каждый её разговор, когда она спускалась в зал.

Среди поклонников Ла Гулю был и Лотрек. В «Мулен Руж» было собрано всё, что он любил, и с первого же вечера Анри стал здесь постоянным гостем. Он начинал вечер в «Мирлитоне», затем по пути в «Ша Нуар» заглядывал в бар и, наконец, завершал вечер в «Мулен Руж». Не забывал он и о публичных домах, которые посещал с прилежанием хорошего школьника.

 Ла Гулю с двумя подругами в Мулен Руж, 1892
«Ла Гулю с двумя подругами в „Мулен Руж“», 1892. Фото: Public Domain

Жозеф Оллер был наслышан об известном художнике. Он стремился сделать «Мулен Руж» ещё более известным и для этого хотел развесить по городу яркие и необычные афиши. Рекламный плакат для открытия «Мулен Руж» нарисовал признанный мастер Жюль Шере, но 55-летний мэтр изобразил кабаре с порхающими Пьеро и ангелочками. Оллеру требовалось что-то более яркое и порочное.

Лотрек согласился на предложение Оллера мгновенно. В центре первой же его афиши была изображена Ла Гулю. Минимальными выразительными средствами художник смог передать все нотки искомого образа — прокуренное помещение, толпу зевак, чьи взоры обращены к Ла Гулю, её всегда отстранённому выражению лица и кокетливым, провоцирующим позам.

Анри почувствовал, что может реализовать себя как художник в рекламе. Да, по сравнению с полотнами импрессионистов, их глубоким анализом света и тени, глубокими чувствами и мимолётными ощущениями, афиши кабаре — низкий жанр. Зато здесь не было никаких правил, и Лотрек мог рисовать так, как считал нужным.

Развешанные по всему бульвару Клиши афиши с Ла Гулю сработали, аншлаги в «Мулен Руж» были каждый вечер. Выбранный Лотреком стиль подошёл идеально. Он изображал простые образы, тонко подмечая в них психологию личности. На его афишах люди становились понятными и легко считываемыми характерами. Афиши Анри были искренними и правдивыми — на них изображалось ровно то, что ожидало посетителя за дверьми кабаре.

 Мулен Руж, Ла Гулю 1891
«Мулен Руж, Ла Гулю» 1891. Фото: Public Domain

Оллер не успевал пересчитывать прибыль, Ла Гулю стала лицом и душой «Мулен Руж». Кабаре, в свою очередь, заняло центральное место в ночной жизни Монмартра, ставшего единственным местом в Париже, ради которого стоило туда ехать в XIX веке.

Отлично шли дела и у Лотрека. Его масштабные полотна выставлялись среди активистов брюссельской «Группы двадцати», их высоко ценил Эдгар Дега. Художник часто ходил в театр, где вместе с супругами Гренье кидался ботинками в актёров, если те, на их взгляд, плохо играли. Несколько недель Лотрек провёл на яхте «Кокорико» в Аркашонском заливе. Анри жил легкомысленно и ни в чём себе не отказывал. О художнике узнали обыватели, это был несомненный успех.

Закомплексованный урод с непропорциональным телом, он всегда доверял оценкам других больше, чем своим собственным. Именно поэтому он был счастлив услышать похвалу от учителей, поэтому хотел выставляться вместе с импрессионистами и именно поэтому был рад стать известным художником — реализовать себя в единственной доступной ему области.

В общей сложности Лотрек создал более трёхсот афиш для «Мулен Руж». Среди публики он был не менее известен, чем сама Ла Гулю, и это не могло не льстить Анри, от которого в своё время отказался собственный отец.

Проклятье аристократа

Лотрек ни на секунду не забывал о своей болезни и считал, что её причина — в его собственной неловкости. За словом в карман он не лез и среди публики порой слыл циником. Впрочем, близкие люди понимали, что за жёсткой и нахальной натурой прячется напуганный ребёнок, «Маленькое сокровище».

Анри де Тулуз-Лотрек. Портрет работы Джованни Болдини
Анри де Тулуз-Лотрек. Портрет работы Джованни Болдини. Фото: Commons.wikimedia.org

Он ненавидел отца и часто рисовал на него карикатуры. В то же время Анри любил мать, но старался не попадаться ей на глаза, чтобы не напоминать ей о своём уродстве.

Гуляя по вечерам, Лотрек мог прокричать на всю улицу, что вон та девушка отдастся ему за пару франков. Однако друзья — в первую очередь Лили Гренье — знали, что тот боится насмешек, и грубость — защитная реакция. Хотя художник постоянно находился в окружении приятелей, собутыльников и проституток, в глубине души он оставался одиноким и изо всех сил стремился вытеснить мрачные мысли алкоголем.

В феврале 1899 года после очередного приступа белой горячки Лотрека отправили на два месяца в психиатрическую клинику. Здоровье Анри уже было подорвано сифилисом — он заразился от рыжеволосой Розы, постоянной посетительницы «Элизе-Монмартр».

После лечения Лотрек отправился на атлантическое побережье и в апреле 1901 года вернулся в Париж — исхудавший и совершенно ослабленный. Алкоголь по улицам Монмартра тёк рекой, и игнорировать эти бурные течения художник не собирался.

Нездоровый образ жизни продолжал подтачивать Лотрека. Через два месяца организм стал не выдерживать, и он снова покинул Париж. Случившийся в августе инсульт парализовал половину тела. Анри сдался и попросил мать забрать его к себе в замок неподалёку от Бордо. В этом замке, на руках у матери, он скончался 9 сентября. Анри де Тулуз-Лотреку было 36 лет.

Рамблер.Новости
Оставить комментарий
Вход
Комментарии (3)
  1. Martin
    |
    17:01
    24.11.2014
    0
    +
    -
    интересно было прочитать, спасибо!
  2. armyanoid
    |
    11:59
    25.11.2014
    0
    +
    -
    На протяжении всей своей истории общество сначала порицает порочных прожигателей жизни, постепенно опускающихся на дно, а после их смерти принимается их же боготворить. С сильными мира сего все наоборот. Их превозносят до небес во время жизни, а после смерти смешивают с дерьмом. Ну что за несправедливость. Почему нельзя любить аморальных отщепенцев еще при жизни? Наверняка дело в зависти...
  3. Поль-Фердинанд Гаше
    |
    02:55
    05.02.2015
    0
    +
    -
    В творчестве этого известного импрессиониста,несмотря на школу академистов Бонна и Кормонна,ведущую роль играет влияние Сезана и Дега с преобладанием портретов и натурщиц.Как и положенно импрессионисту он творит народные картины - в среде простого люда-в стиле изображения мимолетности этого неповторимого отрезка жизни:танцовщицы,клоунессы,посетители салонов,конферансье,прачки ...он первым создал афишу,как таковую,из плакатиков-объявлений.И как подобает гению прожил короткую,насыщенную творчеством и распутством жизнь,даже добился признания еще при жизни!
Все комментарии Оставить свой комментарий

Актуальные вопросы

  1. Как правильно собирать лесные грибы?
  2. Что такое пиррова победа?
  3. Почему человек сутулится?

Готовы ли вы отказаться от машины в пользу общественного транспорта?