aif.ru counter

Те, кто брал Сибирь. Семён Дежнёв — подвиг без награды?

Все материалы сюжета Дальний Восток. Жить и работать

​Открытие сибирского казака в XVII столетии серьёзно усилило Россию, взбудоражило Европу и послужило причиной разгула голландского и шведского шпионажа в Москве.

Клавдий В. Лебедев. Экспедиция Семёна Дежнёва.
Клавдий В. Лебедев. Экспедиция Семёна Дежнёва. © / Public Domain

370 лет назад, 28 июня 1648 г., девяносто человек на шести кочах — однопалубных судах водоизмещением до 100 тонн — вышли из устья реки Колымы, имея целью найти морской путь «на новую Анадырскую реку». Приказным, то есть главой экспедиции, был избран Семён Дежнёв. Так начался поход, вписавший это имя в историю Великих географических открытий: Семёном Дежнёвым и его людьми был впервые пройден пролив, отделяющий Азию от Северной Америки, Чукотку

от Аляски.

Самое интересное, что Дежнёв вряд ли представлял себе всё величие и эпохальность этого открытия. Скорее всего, он даже не знал слова «Америка». Больше чем через полтора века русский мореплаватель Отто Коцебу, побывав в тех местах и увидев самый крайний чукотский мыс, обращённый в сторону Америки, скажет: «Земля эта, благодаря своим чёрным скалам и утёсам, представляет ужаснейшее зрелище, вселяющее чувства величия и содрогания». Дежнёву в его «отписках» (то есть отчётах) было не до поэзии. Он описывал те места сугубо практически, доказывая безусловную выгоду от своего похода: «А с Колымы реки идти морем на Анандырскую реку есть Большой нос, вышел в море далеко... А тот Большой нос мы, Семейка с товарищи, знаем, потому что розбило у того носу судно служилого человека Ерасима Онкудинова с товарищи. А от того носу Анандыр река и та корга далеко — доброго побегу трои сутки».

Репродукция карты-схема маршрута плавания русского морехода Семена Ивановича Дежнева из устья реки Колымы в устье реки Анадырь через пролив между Азией и Америкой - Берингов пролив. Впервые пройден С. И. Дежневым в 1648
Репродукция карты-схемы маршрута плавания русского морехода Семена Ивановича Дежнева из устья реки Колымы в устье реки Анадырь через пролив между Азией и Америкой (Берингов пролив). Впервые пройден С. И. Дежневым в 1648 г. Фото: РИА Новости

Вровень с золотом

Этот скупой отчёт на самом деле полон информации, которая даёт представление о трудностях и опасностях пути. Потеря одного судна в проливе, разделяющем Азию и Америку, — это еще цветочки: на «Анандыр реку» с Дежнёвым вышло лишь 12 человек из 90. Кроме того, Дежнёв не забывает и о своих заслугах перед государством и лично царём. Описывая свои лишения и потери, он постоянно упоминает «ту коргу» как один из наиболее значительных результатов похода.

«Корга» — слово поморское, заимствованное из карельского языка, где korgo означает «утёс, каменистая отмель». Неудивительно, что Дежнёв использует именно этот термин: по некоторым данным, он родом как раз из архангельских земель, с реки Пинеги. Но чем именно «та корга» была настолько желанна, что из-за неё не жаль потерять почти 80% личного состава экспедиции?

Дежнёв, хоть и был неграмотен, неплохо разбирался в картографии. Под его руководством «Той реке Анандыре сделан чертёж от верха и до моря, и до той корги, где вылягает зверь».

Последнее слово — ключевое. В устье Анадыря Дежнёв обнаружил гигантское, просто феноменальное лежбище моржей. Практически неистощимый ресурс «рыбьего зуба», то есть моржового клыка, который в Европе ценился наравне со слоновой костью, то есть выше даже соболей.

До слов Ломоносова о том, что российское могущество Сибирью прирастать будет, оставалось ещё лет сто с гаком. Но по факту и могущество, и богатство Русского царства прирастало Сибирью уже во времена Дежнёва. Войны и государственное строительство, геополитические планы и формирование армии «иноземного образца» оплачивались поставками сибирских товаров как минимум на треть: именно такую долю занимали меха и «рыбья кость» в доходном бюджете государства. Грубо говоря, поход Дежнёва имел огромное стратегическое значение, которое можно было оценить в звонкой монете прямо здесь и сейчас.

Другое дело, что и географическое открытие Семёна Дежнёва многие были готовы оценить в полновесных золотых.

Шпионские страсти

На протяжении всего XVII столетия европейцы постоянно досаждали русским государям просьбами разрешить им транзитную торговлю с Китаем. О том, что Северный морской путь должен существовать, догадывались, но полной уверенности не было. Однако считалось, что именно он будет кратчайшей и самой выгодной дорогой к баснословным богатствам «китайской стороны». Оставалось только выяснить, где обогнуть самый восточный мыс Азии и есть ли там вообще пролив, который откроет прямой путь в океан и далее к Китаю.

То, что пролив есть и морское плавание возможно, было доказано как раз Дежнёвым. В 1667 г. тобольский воевода Пётр Годунов составляет первую географическую карту Сибири и Дальнего Востока, — «Чертёж сибирской земли» — которая во многом опиралась на детальные и практичные описания Дежнёва. Морской путь от Лены до Амура на этой карте был свободен.

Вообще-то, такую вещь надо было беречь как зеницу ока. Точное достоверное знание о морском пути в Китай — стратегический ресурс ничуть не менее важный, чем «рыбий зуб» и меха. Соблазн оседлать этот путь и сделать его своим слишком велик. Ради предполагаемой сверхприбыли можно даже развязать войну.

Словом, вокруг информации от Семёна Дежнёва разворачивается настоящий шпионский детектив. Чиновник шведского посольства Клаас Прютц выпрашивает у князя Ивана Воротынского «Чертёж Сибирской земли» на часок под честное слово ни в коем случае не снимать копию. Слово, разумеется, нарушает. Копия отправляется ко двору шведского короля Карла XI, который уже оценивает перспективы освоения Северного морского пути и переоснащает флот.

Одновременно Станислав Лопуцкий, придворный художник царя Алексея Михайловича и главный живописец Оружейной палаты, отправляет копию «Чертежа Сибирской земли» в Амстердам. На тамошней бирже происходит чудовищный переполох, чреватый изменением всей системы европейской торговли, а возможно, и переделом мира. В Москву отправляется множество послов из заинтересованных стран, которые начинают давить: дескать, пора открывать морской путь в Китай для всех.

Сколько денег получили Воротынский и Лопуцкий за свою объективно подрывную деятельность, бог весть. Зато известно, как оценили службу самого Семёна Дежнёва.

Фрагмент отписки С. Дежнёва о морском походе на реку Анадырь.
Фрагмент отписки С. Дежнёва о морском походе на реку Анадырь. Фото: Public Domain

Денег нет, но вы держитесь

Впрочем, слово «оценили» здесь не очень-то подходит. Дежнёву пришлось буквально вымаливать своё жалованье. В Якутском остроге, куда Дежнёв явился за причитающимся ему «денежным, хлебным и прочим жалованьем за двадцать лет», ответ был получен следующий: «Тем людем денег и хлеба не дано, потому что в Якутцком остроге Великого государя казне денег нет».

Формула, знакомая до боли. «Денег нет, но вы держитесь», — этот ответ следует признать универсальным на все времена. Впрочем, полагающуюся по жалованью соль Дежнёву всё-таки выдали. За остальным ему пришлось ехать в Москву, сопровождая при этом «государеву казну» с теми самыми соболями и «рыбьим зубом».

В Москве правда нашлась. После челобитной на имя государя Семён Дежнёв получил причитающееся ему жалованье: «Ему, Семейке, выдать свое государево годовое денежное жалование и за 19 лет за ево службу, что он в тех годах был на ево, государеве, службе на Анандыре-реке для прииску новых землиц». Всего вышло 28 рублей 22 алтына денег и 97 аршин сукна: «Две половинки тёмно-вишневого да половинку светло-зелена».

В общем, это немало. То же сукно можно было продать в Сибири с серьёзной прибылью в 300%. Но и не то чтобы щедро.

К тому же Дежнёву впоследствии пришлось оправдываться. В 1670 г. илимский воевода Сила Аничков заподозрил его в краже государевой казны: «У восми сум да семи мешков печати воеводы якутцкого подрезаны, и в сумы и в мешки хожено».

Эта была распространённая практика. Некоторые сибирские казаки и промышленники, отлично зная, что на их мольбы о выплате жалованья часто отвечают, что денег нет, и советуют держаться, решали по совести. А именно: «Они, служилые люди, сбирая государев ясак, добрые соболи брали себе, а в ясак клали свои худые соболи и недособоли драные, и без хвостов». Однако Дежнёв государю служил честно. И представил полный отчёт по «утратам его, Великого Государя казны».

Таким был казак Семён Иванович, получивший 9 боевых ран и укорявший своих товарищей за то, что они «делают негораздо, побивая инородцев без разбору». Милостивый к этим самым инородцам и женившийся на дочери якутского тойона. Не запускавший рук в государеву казну, несмотря на откровенную скудость жалованья.


Оставить комментарий
Вход
Комментарии (1)
  1. Ишак Матрос
    |
    16:53
    28.06.2018
    0
    +
    -
    Ну чепуха же! Что за журналисты пошли! «Чертёж Сибирской земли» был дан "на часок" чиновнику шведского посольства Клаасу Прютцу с такими жуткими искажениями сибирских маршрутов и расстояний, что шведы, поразмыслив, начали готовить свою экспедицию в Китай через Мадагаскар и Австралию, а потом просто бросили эту затею. Так что русская контрразведка со своей нарочитой "дезой" уже тогда работала, как надо.
Все комментарии Оставить свой комментарий

Актуальные вопросы

  1. Почему папу римского называют папой?
  2. Почему договоры и прочие документы нельзя подписывать цветной ручкой?
  3. Зачем в метро снимают двери?


Самое интересное в регионах
Роскачество
САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ В СОЦСЕТЯХ