09:03 21/11/2014 Екатерина Ларинина 1 1468

Виталий Третьяков: циник может быть хорошим журналистом

Цинизм в современной журналистике даже приветствуется и часто ведёт к успеху в конкурентной борьбе, считает Третьяков.

Виталий Третьяков.
Виталий Третьяков. © / www.russianlook.com

21 ноября 1986 года прошёл первый Всемирный телевизионный форум (World Television Forum), а в 1988 году Генеральная Ассамблея ООН сделала этот день Всемирным днём телевидения. История же самого телевидения началась гораздо раньше. О проблемах, векторах развития и недостатках современного телевидения АиФ.ru рассказал известный журналист, политолог, декан Высшей школы телевидения МГУ им. М. В. Ломоносова Виталий Третьяков.

Екатерина Ларинина, АиФ.ru: Вы заканчивали журфак МГУ ещё в советскую эпоху. Что изменилось в системе подготовки молодых журналистов в наши дни? Может быть, чего-то не хватает или что-то стоит изменить?

Виталий Третьяков: Насколько я могу судить по современным университетским учебникам журналистики, главные изменения таковы: если раньше на журфаках преподавали марксистско-ленинскую теорию печати, то теперь — антимарксистско-антиленскую, а проще говоря — западные либеральные теории журналистики, которые столь же однобоки, как и отвергнутая марксистско-ленинская. Кроме того, во все поры современной журналистики и соответствующих программ обучения проник так называемый пиар. По моим наблюдениям, отделения пиара на журфаках самые большие. А это, на мой взгляд, неправильно в принципе.

Вот почему я читаю в Высшей школе телевидения теорию журналистики по собственному учебнику «Как стать знаменитым журналистом», у которого есть по меньшей мере одно достоинство — он описывает реальные, а не мифические проблемы журналистики и её реальное положение в обществе — например, как, прежде всего, сестры политики.

Что нужно изменить? Если совсем конкретно, то в моём учебнике в главе «Журналистика и реальное знание» изложен оптимальный учебный план для обучения журналистике. Ну и, естественно, я считаю, что правильнее было бы преподавать теорию и практику журналистики так, как они описаны в моём учебнике.

— Многие называют современное телевидение не иначе как «дебилизатором» и «зомбоящиком». Так ли это?

— Я не любитель таких определений, хотя вполне понимаю, почему они появляются.

В 2015 году выйдет моя новая книга — фактически монография и учебник одновременно — под названием «Теория телевидения. ТВ как неоязычество и как карнавал». Там можно будет найти ответы на все подобные вопросы.

Кратко могу сказать следующее. Важно понимать, что современное телевидение является главным распространителем массовой культуры и само по себе (по своему контенту) на 90 % является массовой культурой. Оставшиеся 10 % — это тележурналистика, причём только качественная, так как и массовая журналистика есть элемент массовой культуры.

А массовая культура некритична по определению, она рассчитана на массового потребителя материальных и нематериальных продуктов. Посему, упрощённо говоря, система оболванивания является их, массовой культуры и массового телевидения, неотъемлемым качеством.

Кроме того, современное телевидение есть ещё и одна из главных систем управления обществом, что воплощено в массовой политике (или политике для масс), в непрерывно длящемся политическом спектакле для массовой аудитории, тогда как главные политические вопросы по-прежнему решаются в закрытых кабинетах и в тёмных коридорах.

Есть, конечно, во всём этом много нюансов, о которых кратко не расскажешь.

Важно отметить, что телевидение таково всюду, а не только в якобы «несвободной России». Оно таково же и на якобы «свободном Западе».

Словом, телевидение есть механизм, который уверен (или уверяет всех остальных), что постоянно творит добро, но неизбежно производит и зло. И проблема собственно сводится к соотношению того и другого.

Стараясь быть объективным, предположу, что соотношение блага и зла, производимых современным телевидением, — половина на половину. Но есть и очень опасные тенденции. Мне представляется, что соотношение меняется в сторону зла.

И последнее. Телевидение возникло как ответ на потребность общества в массовой информации и массовой коммуникации, потому его невозможно отменить. Нужно думать, как минимизировать исходящее от него зло.

— Какие ошибки совершают современные телепродюсеры и режиссёры в планировании эфира? Правильно ли расставляют акценты? Возможно, каких-то программ не хватает, а без каких-то телеканалы могут обойтись? Здесь же можно упомянуть и тот факт, что ради рейтингов руководство некоторых каналов старательно «смакует» (если можно так выразиться) кровавые сцены, сцены насилия и человеческих трагедий. Насколько это этично?

— Современные телепродюсеры и руководители телеканалов очень профессиональны. Они делают именно то, что им нужно. Ибо знают, что телевидение — это, во-первых, бизнес (причём часто их личный бизнес); во-вторых — это политика (причём политика того правящего класса, в который они входят); в-третьих — это массовое развлечение, которое нужно обеспечить массовой аудитории, иначе ты проиграешь в конкурентной борьбе. Сначала экономически, а затем и политически. Проще говоря — потеряешь власть сначала над умами, а потом и собственно власть.

Так что никаких принципиальных ошибок они не совершают. Это люди системы, они работают по её законам. И сама система в целом работает как часы!

Другое дело, что эта система постепенно разъедает мораль и культуру общества, но это претензия не к отдельным продюсерам или режиссёрам — претензия к самой системе.

— Как Вы относитесь к цензуре в СМИ? Нужна ли она на современном этапе развития средств массовой информации? Должны ли быть полностью подконтрольные государству телеканалы, или наоборот, телевидение должно быть отправлено в «свободное плавание», а наполнение эфира и информационная нагрузка должны реализовываться исключительно по усмотрению руководителей каналов?

— В современном мире классическую цензуру ввести просто нереально. Так что и не стоит тратить время на обсуждение этого вопроса. Невозможно и убрать из СМИ всех подлецов, лжецов, аморальных типов и даже невежд. Хотелось бы, но нельзя ставить себе нереальные цели. Это не доведёт до добра.

Конечно, я за табуирование в СМИ некоторых тем и даже проблем. Но тут уже нужно рассматривать не СМИ, журналистику или телевидение в отдельности, а всю общественно-политическую систему. В моей «Теории телевидения» сказано, как это можно было бы сделать, но парой фраз тут отделаться невозможно, ибо они тут же будут трактованы как призыв ввести цензуру. А нужна не цензура, а полное и радикальное переформатирование всего телевидения как системы. Но, повторюсь, в двух фразах об этом не скажешь.

— Как Вы можете оценить уровень профессиональной подготовки российских журналистов? Например, некоторые из них известны своей любовью к эксклюзивным «уткам» для получения ссылок других изданий, другие — зачастую по-разному извращают смысл одной и той же новости или события для удовлетворения требований своей информационной политики. Насколько такой подход Вы считаете оправданным и правильным?

— Что вас удивляет? Пропаганда всегда была частью контента СМИ. Что при советском социализме, что при западном капитализме, что при современном российском политическом гибриде. Своим студентам я даю такое практическое задание: на одних и тех же фактах написать две статьи с прямо противоположной трактовкой событий и прямо противоположными выводами. Это потому, что я хочу им показать, как реально работают современные СМИ. И потому, чтобы они сами почувствовали, что даже точный подбор фактов ещё не делает журналистику объективной. И я хочу, чтобы мои студенты знали, что, не исключено, им нужно будет делать, когда они окажутся на работе — в том или в ином издании или на том или ином телеканале. Умельцев рассказывать сказки про какие-то «свободные СМИ», которые существуют в какой-то заокеанской стране, достаточно и без меня.

А уж как решать возникающие в связи с этим моральные проблемы — это отдельный вопрос. И я даю своим студентам все необходимые рецепты.

Бесспорно, что современные журналисты более профессиональны, чем их предшественники. Раз они успешно выполняют свои задачи — в том числе и пропагандистские, значит, они профессиональны. Просто, во-первых, профессия сейчас стала массовой, а всё массовое — это понижение уровня. Но спецов для проведения стратегической линии — управления обществом с помощью СМИ — вполне хватает. Во-вторых, современная журналистика более цинична, чем журналистика ХХ века. Потому она нас раздражает. Но циник может быть очень хорошим профессионалом. Более того, цинизм в современной журналистике даже приветствуется и часто ведёт к успеху в конкурентной борьбе.

В заключении должен заметить, что я люблю журналистику и не считаю её злом. Просто у меня очень трезвый взгляд на неё. А к телевидению я отношусь как к мощной и высокоорганизованной системе, которую нельзя вынуть из современного общества, но можно усовершенствовать или изменить вектор её деятельности, но это требует изменений не собственно на телевидении, а в самой общественно-политической системе.

Оставить комментарий
Вход
Комментарии (1)
  1. Albert Nikanorov[twitter]
    |
    11:06
    21.11.2014
    -1
    +
    -
    Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте вторым.
Все комментарии Оставить свой комментарий

Актуальные вопросы

  1. В чем суть российско-американского соглашения по Сирии?
  2. Что нельзя дарить на День учителя?
  3. Когда в Москву придут заморозки?

О чём бы вы хотели прочитать в следующем номере «АиФ Про Кухню»?

САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ В СОЦСЕТЯХ