09:03 21/11/2014 Екатерина Ларинина 1 1519

Виталий Третьяков: циник может быть хорошим журналистом

Цинизм в современной журналистике даже приветствуется и часто ведёт к успеху в конкурентной борьбе, считает Третьяков.

Виталий Третьяков.
Виталий Третьяков. © / www.russianlook.com

21 ноября 1986 года прошёл первый Всемирный телевизионный форум (World Television Forum), а в 1988 году Генеральная Ассамблея ООН сделала этот день Всемирным днём телевидения. История же самого телевидения началась гораздо раньше. О проблемах, векторах развития и недостатках современного телевидения АиФ.ru рассказал известный журналист, политолог, декан Высшей школы телевидения МГУ им. М. В. Ломоносова Виталий Третьяков.

Екатерина Ларинина, АиФ.ru: Вы заканчивали журфак МГУ ещё в советскую эпоху. Что изменилось в системе подготовки молодых журналистов в наши дни? Может быть, чего-то не хватает или что-то стоит изменить?

Виталий Третьяков: Насколько я могу судить по современным университетским учебникам журналистики, главные изменения таковы: если раньше на журфаках преподавали марксистско-ленинскую теорию печати, то теперь — антимарксистско-антиленскую, а проще говоря — западные либеральные теории журналистики, которые столь же однобоки, как и отвергнутая марксистско-ленинская. Кроме того, во все поры современной журналистики и соответствующих программ обучения проник так называемый пиар. По моим наблюдениям, отделения пиара на журфаках самые большие. А это, на мой взгляд, неправильно в принципе.

Вот почему я читаю в Высшей школе телевидения теорию журналистики по собственному учебнику «Как стать знаменитым журналистом», у которого есть по меньшей мере одно достоинство — он описывает реальные, а не мифические проблемы журналистики и её реальное положение в обществе — например, как, прежде всего, сестры политики.

Что нужно изменить? Если совсем конкретно, то в моём учебнике в главе «Журналистика и реальное знание» изложен оптимальный учебный план для обучения журналистике. Ну и, естественно, я считаю, что правильнее было бы преподавать теорию и практику журналистики так, как они описаны в моём учебнике.

— Многие называют современное телевидение не иначе как «дебилизатором» и «зомбоящиком». Так ли это?

— Я не любитель таких определений, хотя вполне понимаю, почему они появляются.

В 2015 году выйдет моя новая книга — фактически монография и учебник одновременно — под названием «Теория телевидения. ТВ как неоязычество и как карнавал». Там можно будет найти ответы на все подобные вопросы.

Кратко могу сказать следующее. Важно понимать, что современное телевидение является главным распространителем массовой культуры и само по себе (по своему контенту) на 90 % является массовой культурой. Оставшиеся 10 % — это тележурналистика, причём только качественная, так как и массовая журналистика есть элемент массовой культуры.

А массовая культура некритична по определению, она рассчитана на массового потребителя материальных и нематериальных продуктов. Посему, упрощённо говоря, система оболванивания является их, массовой культуры и массового телевидения, неотъемлемым качеством.

Кроме того, современное телевидение есть ещё и одна из главных систем управления обществом, что воплощено в массовой политике (или политике для масс), в непрерывно длящемся политическом спектакле для массовой аудитории, тогда как главные политические вопросы по-прежнему решаются в закрытых кабинетах и в тёмных коридорах.

Есть, конечно, во всём этом много нюансов, о которых кратко не расскажешь.

Важно отметить, что телевидение таково всюду, а не только в якобы «несвободной России». Оно таково же и на якобы «свободном Западе».

Словом, телевидение есть механизм, который уверен (или уверяет всех остальных), что постоянно творит добро, но неизбежно производит и зло. И проблема собственно сводится к соотношению того и другого.

Стараясь быть объективным, предположу, что соотношение блага и зла, производимых современным телевидением, — половина на половину. Но есть и очень опасные тенденции. Мне представляется, что соотношение меняется в сторону зла.

И последнее. Телевидение возникло как ответ на потребность общества в массовой информации и массовой коммуникации, потому его невозможно отменить. Нужно думать, как минимизировать исходящее от него зло.

— Какие ошибки совершают современные телепродюсеры и режиссёры в планировании эфира? Правильно ли расставляют акценты? Возможно, каких-то программ не хватает, а без каких-то телеканалы могут обойтись? Здесь же можно упомянуть и тот факт, что ради рейтингов руководство некоторых каналов старательно «смакует» (если можно так выразиться) кровавые сцены, сцены насилия и человеческих трагедий. Насколько это этично?

— Современные телепродюсеры и руководители телеканалов очень профессиональны. Они делают именно то, что им нужно. Ибо знают, что телевидение — это, во-первых, бизнес (причём часто их личный бизнес); во-вторых — это политика (причём политика того правящего класса, в который они входят); в-третьих — это массовое развлечение, которое нужно обеспечить массовой аудитории, иначе ты проиграешь в конкурентной борьбе. Сначала экономически, а затем и политически. Проще говоря — потеряешь власть сначала над умами, а потом и собственно власть.

Так что никаких принципиальных ошибок они не совершают. Это люди системы, они работают по её законам. И сама система в целом работает как часы!

Другое дело, что эта система постепенно разъедает мораль и культуру общества, но это претензия не к отдельным продюсерам или режиссёрам — претензия к самой системе.

— Как Вы относитесь к цензуре в СМИ? Нужна ли она на современном этапе развития средств массовой информации? Должны ли быть полностью подконтрольные государству телеканалы, или наоборот, телевидение должно быть отправлено в «свободное плавание», а наполнение эфира и информационная нагрузка должны реализовываться исключительно по усмотрению руководителей каналов?

— В современном мире классическую цензуру ввести просто нереально. Так что и не стоит тратить время на обсуждение этого вопроса. Невозможно и убрать из СМИ всех подлецов, лжецов, аморальных типов и даже невежд. Хотелось бы, но нельзя ставить себе нереальные цели. Это не доведёт до добра.

Конечно, я за табуирование в СМИ некоторых тем и даже проблем. Но тут уже нужно рассматривать не СМИ, журналистику или телевидение в отдельности, а всю общественно-политическую систему. В моей «Теории телевидения» сказано, как это можно было бы сделать, но парой фраз тут отделаться невозможно, ибо они тут же будут трактованы как призыв ввести цензуру. А нужна не цензура, а полное и радикальное переформатирование всего телевидения как системы. Но, повторюсь, в двух фразах об этом не скажешь.

— Как Вы можете оценить уровень профессиональной подготовки российских журналистов? Например, некоторые из них известны своей любовью к эксклюзивным «уткам» для получения ссылок других изданий, другие — зачастую по-разному извращают смысл одной и той же новости или события для удовлетворения требований своей информационной политики. Насколько такой подход Вы считаете оправданным и правильным?

— Что вас удивляет? Пропаганда всегда была частью контента СМИ. Что при советском социализме, что при западном капитализме, что при современном российском политическом гибриде. Своим студентам я даю такое практическое задание: на одних и тех же фактах написать две статьи с прямо противоположной трактовкой событий и прямо противоположными выводами. Это потому, что я хочу им показать, как реально работают современные СМИ. И потому, чтобы они сами почувствовали, что даже точный подбор фактов ещё не делает журналистику объективной. И я хочу, чтобы мои студенты знали, что, не исключено, им нужно будет делать, когда они окажутся на работе — в том или в ином издании или на том или ином телеканале. Умельцев рассказывать сказки про какие-то «свободные СМИ», которые существуют в какой-то заокеанской стране, достаточно и без меня.

А уж как решать возникающие в связи с этим моральные проблемы — это отдельный вопрос. И я даю своим студентам все необходимые рецепты.

Бесспорно, что современные журналисты более профессиональны, чем их предшественники. Раз они успешно выполняют свои задачи — в том числе и пропагандистские, значит, они профессиональны. Просто, во-первых, профессия сейчас стала массовой, а всё массовое — это понижение уровня. Но спецов для проведения стратегической линии — управления обществом с помощью СМИ — вполне хватает. Во-вторых, современная журналистика более цинична, чем журналистика ХХ века. Потому она нас раздражает. Но циник может быть очень хорошим профессионалом. Более того, цинизм в современной журналистике даже приветствуется и часто ведёт к успеху в конкурентной борьбе.

В заключении должен заметить, что я люблю журналистику и не считаю её злом. Просто у меня очень трезвый взгляд на неё. А к телевидению я отношусь как к мощной и высокоорганизованной системе, которую нельзя вынуть из современного общества, но можно усовершенствовать или изменить вектор её деятельности, но это требует изменений не собственно на телевидении, а в самой общественно-политической системе.

Оставить комментарий
Вход
Комментарии (1)
  1. Albert Nikanorov[twitter]
    |
    11:06
    21.11.2014
    -1
    +
    -
    Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте вторым.
Все комментарии Оставить свой комментарий

Актуальные вопросы

  1. Что представляет собой костюм GERT, имитирующий инвалидность?
  2. Чем известен Стивен Хокинг?
  3. Что могло стать причиной падения космического корабля «Прогресс»?

Согласны ли вы с идеей, изучать в школе «Основы православной культуры»?

САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ В СОЦСЕТЯХ