aif.ru counter

«Мы хотим быть обычными!». Как живут в Беслане сегодня?

Все материалы сюжета 10 лет трагедии в Беслане

О хороших событиях, случившихся за десять лет после пережитого кошмара, пострадавшие в Беслане рассказали «АиФ».

Внутри спортзала практически ничего не изменилось.
Внутри спортзала практически ничего не изменилось. © / Индира Кодзасова / АиФ

Журналисты «АиФ» за 10 лет побывали в Беслане не менее 20 раз, написали о десятках пострадавших. А сейчас мы смогли написать только о нескольких семьях. Почему? Как сказала отказавшаяся от общения Вика: «Мы хотим быть обычными! А не ранеными! Мы такие же, как все. Вот я вышла замуж и теперь развелась. Что в этом стыдного? А мне простить не могут – выжила в теракте, тебя замуж взяли, а теперь посмела не ужиться с семьёй мужа?» Через год после трагедии и потери сына еще один сын родился в другой семье. И это тоже грех, а не счастье. Или овдовевшая молодая женщина снова нашла своё счастье, а когда забеременела, отец ребёнка бросил её! Кто о таком будет рассказывать?»

Бесланская трагедия продолжается, она внутри каждого, кто её пережил. Но есть и те, кто сумел перейти на другую сторону. На сторону жизни, не теряя при этом память о тех страшных днях.

Валентина Туркина нисколько звонку «АиФ» не удивилась. «Тут ко мне телевизионщики приезжали, вашу статью в руках держали  - смеется она, понимает, что по готовой статье и им проще снимать и писать. – У меня сейчас всё хорошо. Ну как может быть хорошо у женщины, у которой единственный сын погиб…» Валентина Ивановна замолкает. Андрей Туркин, Герой России, погиб 10 лет назад, спасая детей в горящей бесланской школе. И это горе с мамой всегда.

В школе, где учился Андрей, поставили его бюст. И часто приглашают в гости маму, Валентину Ивановну
В школе, где учился Андрей, поставили его бюст. И часто приглашают в гости маму, Валентину Ивановну. Фото: Из личного архива

«Но у меня в этом году столько хороших событий! Я побывала на олимпиаде в Сочи, работала там волонтером на стадионе «Шайба». Чего я только не видела! С кем только не общалась! Я в такой эйфории приехала, так была счастлива, как не была уже лет 10! – делится мама героя. – Мы до сих пор общаемся с другими волонтёрами, на встречи в олимпийской форме ходим».

 У Андрея осталась жена Наталья и двое сыновей. А в марте этого года родился третий сын. Как это может быть? Валентина Ивановна говорит, что очень просто: «Дети – это подарок. И как Егорушка в нашей жизни появился – дело только Господа Бога. А я настояла, чтобы мальчику дали отчество Андреевич и фамилию – Туркин. И я счастлива, что у меня ещё один внук! Я планирую, и на их свадьбах погулять и правнуков понянчить».

Летом в Анапу к Валентине Ивановне приезжала Надюша с мужем и дочкой Лерой. Надя – та самая девочка, ради которой не пожалел жизни Андрей. И теперь Валентина Ивановна считает её своей дочкой, а Леру – внучкой. И в тысячный раз повторяет мама: «Они хотели, чтобы мы поссорились, а мы – роднее самых родных». Они – террористы, мы – Валентина Ивановна, её внуки, Надя и все-все-все!

Маирбек Туаев, потерявший 10 лет назад дочь, через несколько дней после теракта возглавил рабочую группу, которая распределяла помощь, поступавшую со всех концов мира

Во дворе расстрелянной школы строят храм
Во дворе расстрелянной школы строят храм. Фото: АиФ / Индира Кодзасова

Он был в этой группе единственным мужчиной и смог сохранить и  здравый смысл, и максимально справедливое отношение ко всем пострадавшим в той трагедии. «АиФ» постоянно обращался к нему за подробной информацией о деньгах и гуманитарке для раненых. Группа уже несколько лет не существует, однако, Маирбек по-прежнему знает о распределении помощи, которая приходит до сих пор, почти всё. Например, в прошлом году решением Правительства России была выделена субсидия на жильё. Семьи, в которых есть погибшие, могли претендовать на субсидию в размере 1,5 млн руб. «Но вот у нас во дворе есть Владимир Томаев, он потерял в теракте беременную жену и дочь. Он как жил в однокомнатной квартире, так и живёт в ней до сих пор. Когда после трагедии в Беслане построили два дома для нуждающихся, ему  квартира не досталась. В течении десяти лет республиканские власти выделили пострадавшим еще около 200 квартир. На него опять не хватило. И вот сейчас – субсидия. Но опять ему сказали, что нужно ждать очереди, потому что все деньги на данный момент выделенные Правительством РФ, уже израсходованы. Оказалось, что некоторые получили квартиры по 2 раза, а некоторые – ни разу. Почему? Потому что, как говорится, «подсуетились», вовремя собрали документы, вовремя их отнесли куда надо. А Владимир Томаев считает, что это унизительно – просить. Неужели его горе никто не видит и не понимает?» Маирбек много раз просил местные власти, чтобы в районной администрации создали специальный отдел для работы с пострадавшими, чтобы все по справедливости распределяли, чтобы не было обиженных. Но ответ неизменно один – вся власть для того, чтобы со всеми работать по справедливости. Это, конечно, так. Но ведь на деле немного не так…

И ни слова Маирбек не сказал о себе, о том, как жил все эти годы, о другой дочери, которая чудом избежала плена, о том, что не просил квартиру ни разу «потому что у меня она размером в 90 метров и что жаловаться»…

Рафа Айлярова свою дочь Самиру в этом году должна была вести в 1-ый класс. Не поведёт. Боится. 10 лет назад она отвела Свету в 1-ый класс, а домой вернулась уже без нее.

Аийляровы несколько лет пытались родить ребёнка, но не получалось, пока один врач не сказал им: просто любите друг друга… Так появилась Самира.

«Она умеет всё - читать, писать, считать, - рассказывает мама, -  но пойдет на подготовительные курсы в дом детского творчества. Не в школу!»

Айляровы регулярно ходят на кладбище к Свете, берут с собой и Самиру. Она знает, что у неё была старшая сестра и постоянно спрашивает: «А почему её убили?» Мама не может ответить на этот вопрос: «Если бы я знала, я бы сделала сейчас всё, чтобы обезопасить Самиру. Но я не знаю!»

Фатима Дзгоева Фото: Из личного архива

Фатиме Дзгоевой уже 20 лет. «Тех, у кого в доме нет инвалида, время, может быть, и лечит. А у нас… У нас одно фото на полке – и оттуда смотрит Зайка, а другая девочка вот, глядит живыми глазами – Фатима, Фатя. Как тут забудешь?»

В сентябре 2004 Залина и Фатима Дзгоевы шли в начальные классы первой школы, семимесячный Жорик оставался с мамой дома. Того, что не спасла Зайку, мама себе простить не может до сих пор – а ведь Жорику уже 11-ый год… И Фатя… Фатима Дзгоева – самый тяжелый бесланский ребенок. Ранение в голову. Осколок прошел насквозь. Она себя не помнила, была в коме – но врачи смогли буквально собрать ее заново, по кусочку. Вставили в череп титановые пластины. Дома начинали с соски, все заново – учиться сидеть, ходить, держать ложку. А перед первой годовщиной – менингоэнцефалит, воспаление мозга – и все насмарку… Едва спасли. И уже в третий раз за ее короткую жизнь начали учить заново: соска, ложка…

Сейчас, спустя 10 лет после теракта, Фатима Дзгоева, которой этим летом исполнилось 20 лет, - большой ребенок. Но есть, есть прогресс, хорошие сдвиги, спешат обрадовать родные. Ежегодно она обследуется в Германии: «На родине нас просто никто не берет». Промывают шунт, борются с приступами… «В последний раз ради поездки пришло заложить квартиру: не было денег», - говорит тетя девочки Лана. Фатя уже сама передвигается, сама себя обслуживает, сидит за компьютером – да что говорить, вот только-только, но она сдала ЕГЭ и получила аттестат зрелости! И это – побывав почти на том свете… «Борется за жизнь, борется». Ежедневно – массажи, тренажеры, растяжки. Фатя тянется к людям, к сверстникам. «Говорит: «Хочу гулять сама, общаться – но кто же будет со мной такой…» Жорик, который «вырос незаметно на глазах, как грибок: все внимание Фае», проверяет ее диктанты: «Пиши грамотно, чтобы мне не было за тебя стыдно!» Он уже знает, что случилось с сестрами – с Зайкой, от которой осталась одна фотография, и с Фаей, большим ребенком. Взрослые рассказали. «Чем больше времени проходит, тем больше вспоминаешь, - говорит мама Жанна. – Время? Нет, нас оно не лечит».

У Вадима Цаликова,  московского кинодокументалиста, который снял бесланскую трилогию и вот сейчас закончил к 10-летию трагедии фильм «Беслан. Память», интерес к проблеме кровный, живой: одна из заложниц – Фатима Аликова – его любимая жена. Страшно сказать, но беда свела их друг с другом, вложила судьбу Фатимы в руки ее мужа. «Я пропал в ее глазах, когда только увидел их на первой съемке», - рассказывал Вадим 2 года назад, когда «АиФ» писали о них материал. Ему, записавшему десятки интервью с пострадавшими в теракте и их родственниками, как никому близка эта тема: ведь Фатя, родная, каждый день рядом. И каждый день помнит. «Я могу сказать так: для Беслана 10 лет – это не срок».

Фото: Из личного архива

Тогда, в 2012-м, мы писали о том, как Вадим и Фатима, фотокорреспондент бесланской газеты «Жизнь Правобережья», пришедшая на ту праздничную линейку, чтобы сделать солнечные сентябрьские кадры первоклашек, бантов, букетов гладиолусов, познакомились: зимой 2004-2005 он пришел к ней за интервью, а уже через несколько встреч сделал предложение: «Но мы же друга совсем не знаем!», - поразилась Фатима. Но душа-то знала… «Я думала месяц. А потом просто в один день не вышла на работу: запаковала чемодан и уехала в Москву». Они вместе проходили все пытки памяти: и Фатины «скорые», и ее испуг, стоило в шумной Москве взорваться очередному салюту… В титрах фильмов Вадима Фатима Аликова значилась уже не героиней – ассистентом режиссера.

В центре спортзала несколько лет назад поставили крест, здесь всегда бутылки воды, цветы и игрушки
В центре спортзала несколько лет назад поставили крест, здесь всегда бутылки воды, цветы и игрушки. Фото: АиФ / Индира Кодзасова

За прошедшие 2 года Вадим снял фильм, подводящий черту под его бесланскими работами: в этом фильме говорят те, кого он снимал сразу после трагедии. Постаревшие взрослые, выросшие школьники. «Как сказала одна из моих героинь: «У Беслана нет срока давности. Для нас это было вчера». Ребята, мечтавшие тогда, 10 лет назад, стать врачами, спасателями, - сейчас рассказывают о том, как поступили в вузы на эти специальности. «Детей Беслана можно опознать по-прежнему по совершенно взрослому выражению глаз – глаз людей, перенесших большую боль». Можно увидеть в фильме и сегодняшнего выпускника, Георгия Ильина, - отлитого в бронзе. С его фотографии из 2004-го – кричащий, разверстый рот – итальянский скульптор Рензо Венди сделал памятник, который сейчас стоит рядом с лицеем в городе Сан-Марино.

Фатима Аликова по-прежнему работает с фотографией. И в ее объективе по-прежнему лица: молодые и старые, смеющиеся и грустные. Недавно в кадр попали беженцы с Украины. Трагедии на Земле продолжаются. И только любовь искупает боль. 

«АиФ.Доброе сердце» - в Беслане

Через год после трагедии в Беслане «АиФ» бросил клич своим читателям: подарим детям, отправившимся в 2005 году в новую школу, специальный, ни на что не похожий класс – чтобы помочь заживить раны, подарить радость учебы. Решили, что класс должен быть – русского языка и литературы. На собранные читателями средства закупили проектор и экран, учебные фильмы, мебель, компьютер и видемагнитофон, собрание аудиокниг, комнатные растения, картины; вместе с Государственным литературным музеем, музеями Пушкина и Толстого изготовили уникальные учебные пособия; собрали у стен редакции 14000 книг для школьной библиотеки! И в удивительный, с иголочки отделанный аифовский класс пошли те, кто год назад был под огнем…

- Первое время ко мне в класс другие учителя ходили как на экскурсию: другого такого не было во  всей школе, а аудиокниги – это просто был по тем временам феномен! И сейчас все в рабочем состоянии, все стоит на своих местах, как и 9 лет назад, - отчиталась перед «АиФом» Жанна Козырева, которая все эти годы ведет русский и литературу в нашем классе. – Даже флажки с логотипом «АиФ.Доброе сердце» по-прежнему воткнуты в горшочки с цветами.

Признаться, первый год – это был ужас, я застывала на уроке, когда дети начинали рассказывать о том, что пережили, и не знала, что говорить. Замечала, как на переменке они подходили к крану, открывали его – но не пили: просто смотрели на воду, чтобы воочию убедиться, что она есть… Но сейчас они не любят вспоминать о том, что случилось. Бывших заложников не отличить от других детей: они так же участвуют во всех олимпиадах, конкурсах, зарницах, поют в хоре – и никаких поблажек не приемлют! Все мои ученики в этом году прекрасно сдали экзамены по русскому и литературе: просто сама атмосфера в нашем классе располагает к учебе, здесь нельзя не учиться. Нам очень повезло: видно, что все собрано и куплено с любовью. Мы очень благодарны всем читателям «АиФ»!

Воспоминания очевидцев о трагедии в Беслане 2004-го года - в специальном проекте АиФ.ru
Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий

Актуальные вопросы

  1. Что за история с избиением школьника в Хабаровском крае?
  2. Где и когда смотреть матчи сборной России с Германией и Швецией?
  3. Какие главные причины ДТП в России?


Самое интересное в регионах
САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ В СОЦСЕТЯХ