aif.ru counter
Мария Беляева 8123

Пенсии под пулями. Кто и как вывез архив из разрушенного здания?

Что такое военные подвиги, жители Чеченской Республики знают не понаслышке. Они помнят те страшные дни, когда по Грозному было опасно передвигаться. Быть может, поэтому у них особое отношение к ветеранам.

Пенсионный Фонд России по Чеченской Республике

И огород прополоть, и в доме прибраться

Ветеранов Великой Отечественной в Чечне осталось всего 9. Все они обеспечены жильём, всем постоянно оказывают необходимую помощь – глава региона, Герой России Рамзан Кадыров держит это на контроле. По инициативе Рамзана Ахматовича управляющий Отделением Пенсионного фонда России по ЧР Мохмад-Эми Ахмадов и его коллеги реализуют акцию «Эстафета добрых дел». И это отнюдь не разовая история – добрые дела для ветеранов делают постоянно, показывая, что внимание к ним со стороны государства не ограничивается торжественными датами, что оно ежедневно и круглогодично.

Сотрудники районных управлений навещают ветеранов, помогают по хозяйству. И в магазин за продуктами ходят, и в аптеку за лекарствами. Ухаживают за садом, огородом или домашней живностью. Прибираются в доме, стирают, гладят. Если надо составить документ – тоже помогут. Хочется съездить в гости – доставят туда и обратно на личном транспорте. Ветераны ждут своих друзей и помощников, встречают их как родных детей.

«Благодаря их беспримерному мужеству, отваге, стойкости духа и самоотверженному героизму наша страна победила фашизм. Ветераны дали всем нам возможность жить и трудиться в свободной, независимой, могучей стране. Мы в неоплатном долгу перед ними», – говорит Мохмад-Эми Ахмадов.

По разбитым улицам

Это сейчас заботу о ветеранах назвали акцией, придумав ей красивое название. А начиналось всё из одного светлого порыва души. Дело было в 2001-м, когда Грозный ещё лежал в руинах. Ахмадов тогда работал главой городского отделения ПФР.

«Однажды ко мне зашёл участник Великой Отечественной войны, – рассказывает он. – Вопрос, с которым обратился, мы быстро решили. Он даже не ожидал, что в таком хаосе кому-то есть дело до него, и расчувствовался, когда уходил. А потом как-то между прочим упомянул, что у него никого нет. Даже за водой некому сходить. Меня это зацепило. И тогда я сделал выборку всех участников ВОВ. В первую очередь русскоговорящих, потому что у них точно не осталось в республике родственников. И мы с ребятами начали к ним ходить, выяснять, в каких условиях они живут, в чём нуждаются. Чаще всего у людей не было стёкол в окнах уцелевших домов. Клеёнкой временно перекрывали им оконные проёмы. Кому-то буржуйку ставили, кому-то электрическую плиту, если свет уже дали».

Тогда в Грозном практиче­ски не было дорог, ходить пешком было не только трудно, но и опасно. Но об этом они не думали. А однажды чуть было не попали в фильтр-пункт.

«Идём по разбитым улочкам в Старопромысловском районе, – рассказывает Ахмадов. – С­ собой у нас электрогрелка, подушка и прибор для измерения давления. И вдруг неожиданный окрик: «Стоять!»

Мы остановились. Подходят несколько солдат внутренних войск.

– Вы что тут делаете? – спрашивает один.

– Ты не видишь – мародёры, – говорит второй.

Объясняем, что вчера навещали ветерана войны, а сейчас несём ему помощь.

– Такое мы уже слышали, – отвечают солдаты. – Забираем.

Смотрим – чуть поодаль стоит «Урал». Пререкаться с военными небезопасно, но всё же сказал, что нам осталось пройти всего 50 метров – мол, давайте, спросим у самого пенсионера.

Между солдатами начался спор, и кто-то предложил: «Ну, давайте пройдём, посмотрим. Заодно воды возьмём».

Взяли они свои фляжки и вместе с нами двинулись. А старик, как только увидел нас, с ходу стал со мной обниматься: «Я думал, ты не придёшь».

Военные посмотрели: «Всё, вопросов нет!» Наполнили фляжки и уехали».

Такая работа

В Пенсионном фонде Мохмад-Эми Исаевич работал и до войны, а в августе 1999-го, когда в Чечне орудовали банды террористов и иностранных наёмников, был начальником Ленинского пенсионного отдела Грозного.

Вообще-то глагол «работал» совсем не из той жизни. Это была не работа, а служение людям, и на это требовалось мужество. Вооружённые нападения, физическое насилие, подрывы, ранения, попытки похищения лишь за то, что выделяемые из бюджета РФ пенсии и пособия выплачиваются старикам, женщинам, детям, больным и малообеспеченным людям.

В сентябре 1999-го, во время боевых действий, когда федеральные силы выбивали боевиков из Грозного, сотрудники органов ПФР под артиллерийскими обстрелами, ночуя на улице или в сырых подвалах, доставляли пенсии, чтобы люди получили поддержку и не потеряли веру в государство. Вот такая была работа…

Снаряды разрывались во дворе Ленинского пенсионного отдела Грозного. Осколками и взрывной волной были повреждены стены здания, снесена крыша, выбиты стёкла. А в нём был архив документов, на основании которых выплачивались пенсии.

Ахмадов одолжил у соседа грузовик – и шестью рейсами вывез архив к себе домой в Шали и спрятал документы в подвале. Спас более 24 тыс. пенсионных дел. То есть 24 тыс. семей не лишились средств к существованию в тяжелейшие годы разрухи.

А здание потом разнесло в щепки…

Не расстреливать, а памятник ставить

В июне 2000-го президент Путин назначил Ахмата-Хаджи Кадырова главой администрации Чеченской Республики, и сразу началось воссоздание федеральных институтов. Делались первые шаги и по возобновлению работы отделений Пенсионного фонда. Но Шали окружили войска.

«Мы с мамой оставались дома вдвоём, – вспоминает Мохмад-Эми Исаевич. – Старший брат, сёстры с детьми выехали в другую республику. И тут начались зачистки. Несколько военных пришли и к нам. Конечно, электричества не было. Солдат залез в тёмный подвал и кричит оттуда: «Да тут дудаевский архив!» Те, кто наверху, тут же решили: «В расход его!»

Наверное, Всевышний меня спас. Когда выводили во двор, навстречу шёл майор. И я ему говорю: «Хоть вы спуститесь и посмотрите, что там находится!» Он, будто не обращая внимания, прошёл мимо. А потом из глубины дома громко крикнул:

– Ребята, постойте!

Затем выходит и спрашивает:

– А вы кем работаете?

– Начальником управления Пенсионного фонда Ленинского района Грозного, – отвечаю.

– А документы есть?

Документы были, но с изо­бражением волка на обложке. Почему-то ичкерийские власти в первую очередь начали их массово навязывать вместо старых советских паспортов. Я понимал, что такая «корочка» может вызвать ярость, но вернулся в дом, вынес и протянул удостоверение. И майор неожиданно говорит: «Его не расстреливать, ему памятник надо ставить! Там нет никаких политических документов. Это пенсионные дела, ребята».

В подвале было темно, да и пройти туда непросто. Но он не поленился – прошёл, посмотрел. Благодаря этому офицеру я и остался жить».

Помогали чем могли

Потом, когда жизнь стала налаживаться, нашлись люди – «сообщили куда следует», что он работал в Ичкерии. Но через Верховный суд России Ахмадов отстоял свои права и вышел на работу.

«Я исполнял обязанности начальника городского управления. У нас не было своего здания, материально-технической базы, никакой инфраструктуры – ничего не было. Но ответственность за доставку пенсий, обеспечение выплат была, – продолжает управляющий отделением ПФР по ЧР. – Период очень сложный. Держать у себя столько средств, передвигаться с ними по городу – опасно. Были случаи нападения на глав администраций, перевозивших деньги, вооружённых грабежей работников ПФР. И я обратился за помощью к Ахмату-Хаджи Кадырову: чтобы возобновить выплату пенсий, нужна была поддержка военных.

Он познакомил меня с военными комендантами города и республики и попросил выделить спецподразделение, которое будет в моём подчинении в период расчётов по пенсиям. Для меня это был нонсенс: я, гражданское лицо, буду командовать военными?! Но они с пониманием отнеслись к этому и обеспечивали безопасность нашего передвижения, хранения и выплаты пенсий».

На работу сотрудники Пенсионного фонда ходили пешком, в том числе из отдалённых районов города и близлежащих сёл. Обустраивали офис, собирая по городу мало-мальски пригодную мебель. Отапливали его буржуйками. Сидели на папках в перчатках и верхней одежде. В холоде ручки не писали. За водой нужно было идти несколько кварталов. Еду готовили на кост­ре во дворе.

«Особое внимание уделяли русскоязычным пенсионерам. Когда началась антитеррористическая операция, многие чеченские семьи уехали в сёла к родственникам. А русские, в основном пожилые люди, оставались в Грозном. Им досталось от войны больше и больнее, чем другим. Специалисты ПФР находили им предметы первой необходимости – обогреватели, газовые печки для приготовления еды, тёплую одежду, предметы гигиены, продукты и питьевую воду. Помогали с выездом на лечение и организовывали переезд к родственникам в тот или иной регион».

Сегодня это уже воспоминания. Первый президент Чеченской Республики, Герой России Ахмат-Хаджи Кадыров ценою собственной жизни обеспечил мир в регионе. И теперь благодаря усилиям нынешнего главы республики Рамзана Ахматовича Кадырова жизнь давно другая – благополучная. В ней царят порядок и вера в будущее. Но именно воспоминания заставляют дорожить великолепием нынешних дней.


Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий

Актуальные вопросы

  1. Что делать, если вовремя не передал показания электросчетчика?
  2. Когда и где смотреть матч за третье место ЧМ по хоккею с участием России?
  3. Что представляет собой атомный ледокол «Урал»?


Самое интересное в регионах
Роскачество
САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ В СОЦСЕТЯХ