aif.ru counter
Савелий Кашницкий 1 7927

Путешественник Яцек Палкевич: «Папуасы - люди более разумной цивилизации»

Русские и поляки - две части одного славянского суперэтноса. Братья, как слащаво формулировали при советской власти. Соседи, как сдержаннее говорят сейчас. Полная взаимных обид общая история всё ещё мешает жить в дружбе.

Я. Палкевич среди новых друзей на западе Папуа - Новая Гвинея.
Я. Палкевич среди новых друзей на западе Папуа - Новая Гвинея. © / Из личного архива

Досье
Яцек Палкевич родился в 1942 г., исследователь, член Королевского географического общества в Лондоне, создатель европейской Школы выживания. Автор 30 книг. Награждён Золотым крестом Папы Римского.
Яцек Палкевич, знаменитый польский путешественник, специалист по методам выживания в экстремальных условиях, убеждён, что выживать на планете, испытывающей глобальный экологический кризис, можно только сообща. А уж соседям - полякам и россиянам, - как говорится, сам Бог велел.

В Сибири - всегда дома

Савелий Кашницкий, «АиФ»: Пан Яцек, вы прекрасно говорите по-русски, состоите членом Русского географического общества под почётным № 7, изъездили всю Россию так, что и мне, «аборигену», завидно. В Польше ваше русофильство не вызывает непонимания?

Яцек Палкевич: Тот, кто не понимает, что нам заповедано жить рядом, а соседи, если они нормальные люди, должны дружить и помогать друг другу, - просто жалкий человек. Мне нравится пословица «Сосед за стеной ближе, чем брат за горой». Она как раз про нас с вами.

Фото: Из личного архива

- Но тогда придётся забыть Лжедмитрия и короля Сигизмунда III, русских царей, трижды разделявших Польшу, маршалов Пилсудского и Тухачевского…

- Никого и ничего не надо забывать. Но и жить, вечно оглядываясь назад, невозможно. В наших странах рождаются молодые люди, пусть смотрят вперёд и дружат друг с другом. А чтобы дружить, они должны быть интересны друг другу. Я только что вернулся из поездки по Сибири и Дальнему Востоку, где искал следы тех поляков, что 150 лет назад были сосланы на восток империи за участие в восстании 1863 года. Их было порядка 70 тысяч (каждый 4-5-й житель Иркутска - с польскими корнями). Кто-то умер в тяжёлых условиях, кто-то освоился, одни вернулись, другие остались. А были и такие, что, вернувшись в Польшу, пожили на родине и снова, уже добровольно, поехали в Сибирь. Их внуки и правнуки чаще всего не говорят по-польски, но во многих семьях молодые люди начинают изучать язык предков, многие едут учиться в Польшу. Сибирь - такое место, к которому прирастает душа. Я не знаю другой страны, где среди людей было бы так тепло и душевно. Радушие окружающих, как наркотик, становится потребностью. Жить иначе уже не хочется.

- Вы тоже «сибирский наркоман»?

- Я в особенности: ведь мне много лет не давали визу в СССР. А я с детства, с первого подаренного мне глобуса мечтал побывать на Командорских островах.

- Но всё-таки удалось?

- Да, удалось! Когда в мой итальянский дом заехал в гости Эдуард Шеварднадзе, в ту пору министр иностранных дел СССР, он удивился, узнав, что такой опытный путешественник, каким я уже был, ни разу не приезжал в СССР. Уже перед уходом он заметил: в конце недели поезжайте в Милан - в советском консульстве получите визу. Так в 1988 году я впервые оказался в самой большой стране мира. Моя жадность не имела предела: Чукотка, Сахалин, Курилы, Командорские острова… И везде к востоку от Урала я чувствовал себя дома. Потому что дом там, где рядом с тобой люди с открытой душой.

- Но ваш реальный дом - Италия. Почему?

- Из-за женщины. Влюбился так (Яцек показывает жестом: сомкнул пальцы на своей шее), что забыл о географии. Вот уже сорок лет живу то в Италии, то в Польше. Точнее, в Европе. Летаю по всему миру, но, когда самолёт приземляется в Европе, накатывает приятное тёплое чувство - дома.

Людоеды -в мегаполисах,  а не в джунглях

- Лет пятнадцать назад два генерала из Центра подготовки космонавтов в Звёздном городке рассказывали мне, как вы учили их приёмам выживания. Один мне особенно запомнился: в заснеженной тайге, где простуда грозит гибелью, на ночь натрите стопы ног разрезанной надвое луковицей - и простуда точно не прицепится. В 1982 году вы основали первую в Европе Школу выживания. А в вашей практике бывали случаи, когда владение спецприёмами спасало вам жизнь?

- Вспомню о последнем таком случае - другие описаны в моих книгах. Три года назад наша экспедиция пробиралась через джунгли индонезийской провинции Папуа вглубь острова к племени короваи - одному из последних, живущих почти без контакта с цивилизацией (до 1970-х годов они даже не догадывались, что кроме них на земле есть другие люди). Мы шли через топкое болото по пояс в воде, за день проходили от силы три-четыре километра. Изнуряющая жара, влага как в парилке, атакуют комары - худших условий не могу припомнить. Вдали замечаем деревянные дома племени, устроенные на деревьях, высоко над землёй. Направляю к короваям «посла» - парня из этого же племени, давно переселившегося в город, с мешком подарков. Вдруг рядом раздаётся крик, и мы замечаем раздетых аборигенов с луками и направленными на нас стрелами. Ну, думаю, молодцы - отличный спектакль подготовили. Но по их грозному виду понял: нет, пожалуй, это всерьёз. Через одного из носильщиков экспедиции вступили в переговоры. За те несколько минут, что они велись, успел мысленно попрощаться с жизнью. Но постепенно всё успокоилось, и нам позволили войти в деревню. Это был единственный случай в моей практике, когда подарки «не сработали».

Фото: Из личного архива

- Получается, вы попросту «подкупаете» аборигенов?

- Можно сказать и так. Я везу им полезные вещи: ножи, мачете, рыболовные крючки, металлическую посуду, лекарст­ва от малярии. Но, признаться, меня грызут сомнения: ведь весь смысл моих экспедиций - бороться за экологию, то есть стремиться оставить всё как есть. Если племя привыкло жить вне цивилизации, значит, такова его экологическая ниша, вытягивать из которой - разрушать ещё один оазис. Но мои подарки соблазняют: взяв в руки стальной нож, разве папуас потом захочет неделями затачивать каменный? И в то же время прийти без подарков невозможно - не наладится контакт, вождь не укажет мне на сдвоенные деревья, между которыми можно натянуть гамак. Ведь аборигены - как дети: завидев белых людей, сразу думают лишь о том, что те принесли. Слова «спасибо» в их языках просто нет.

- Такие вот неблагодарные людоеды?

- Ну, глупости про людоедов выдумывают болтуны, стремящиеся похвастаться своей смелостью. Никакие каннибалы мне не встречались. Единственный случай, да и то строго не доказанный, когда аборигены съели белого человека, произошёл ещё в начале 60-х годов прошлого века, когда в Индонезии пропал Майкл Рокфеллер, сын миллиардера. Больше случаев каннибализма никто не припомнит.

- А как же «охотники за головами»?

- Вы, наверное, имеете в виду племена даяков, живущих на индонезийском острове Калимантан. Об их опасности много говорили, но точно не знали даже в самой Индонезии. Когда моя экспедиция пробиралась к их длинным домам, построенным на деревьях метрах в пяти над землёй, я больно ударился обо что-то головой. Подумал: наверное, кокос. Взглянул - никакой не кокос, а человеческий череп. Их много подвешено. Мы поначалу думали: это военные трофеи даяков, взятые во время войн с соседями. Но местные нам объяснили, что черепа япон­ские, ещё со времён оккупации в годы Второй мировой. А переводчик тихонько пояснил: да, есть японские черепа, но среди них попадаются и современные. Так что версия каннибализма совсем уж окончательно не отброшена.

- Вы разыскиваете дикарей ради экзотики?

- Что ж, «экзотика» - вовсе не ругательное слово. Но кое-чему я у аборигенов учусь. Не только приёмам выживания. Но и принципу разумной достаточности, который руководит их действиями. Если воин охотится, он убьёт одного зверя, ну двух, чтобы прокормиться. Двадцать зверей убивать бессмысленно. И война с соседями ведётся до первой крови. Нет бессмысленной жестокости, никогда не вырезают мирное население. У живущих в Сахаре бедуинов я научился добывать питьевую воду. В знойной пустыне двое суток без воды - и гибель неизбежна. Чтобы уменьшить испарение влаги из организма, следует как можно меньше двигаться, идеально - сидеть в тени в полной неподвижности. К примеру, трое оказались в пустыне с запасом воды 2 литра на всех. Как по-умному её разделить? Отнюдь не на три равные части - тогда через сутки все трое останутся без воды и без шансов на спасение. Двое остаются сидеть в тени с минимальным запасом воды, а третий, самый опытный, забирает больше литра и отправляется искать оазис. В пустыне всё тело должно быть закрыто от солнца, на голове шапка: ведь максимальное количество влаги испаряет голова. Ищущий оазис должен выследить по изгибам рельефа высохшее русло реки - именно под ним больше шансов отыскать воду. Особенно если замечаешь хоть какие-нибудь растения.

Вот и судите, кто из нас дикари - они или мы, истребляющие природу в угоду всё возрастающему потреблению, уничтожающие врага до последней живой души. Аборигены, как я убеждён, - люди другой цивилизации - более древней, более экологичной и разумной. Конечно, они давно живут в контакте с глобальной цивилизацией. И перенимают не только наши технические достижения, но и жадность, эгоизм, жестокость, страсть к алкоголю и разврату. А нам бы учиться друг у друга лучшему. Как и должны делать соседи.

«АиФ. Без границ» №44

Смотрите также:


Оставить комментарий
Вход
Комментарии (1)
  1. Олександр Подольний[facebook]
    |
    09:34
    14.02.2016
    0
    +
    -
    Дорогой Яцек Палкевич, вы взрослый человек. Понятно, что ваше детство и юность прошли в соц.лагере, поэтому ваши родители, чтобы сохранить вашу жизнь не говорили вам правду о Росии. Прошло четверть века со времени падения железного занавеса. У вас появилась возможность доступа к историческим материалам. Как вам удалось не встретиться с земляками, которые попали в Сибирь в начале второй мировой войны и после неё или с их уцелевшими родственниками или знакомыми? Не звидую я вам, если вам прийдётся выживать в компании росиян. Во всяком случае росийское государство "дружит" по принципу: "сначала едим твоё", а после исчерпывания ресурса, "а теперь каждый своё". Как вы думаете сколько "газовых" и "нефтяных" денег остаётся в местах добычи сырья, а сколько оседает в карманах продавцов и чёрной дыре федерального бюджета?
Все комментарии Оставить свой комментарий

Актуальные вопросы

  1. Насколько опасны приложения по поиску человека по фото?
  2. Может ли привитый человек заболеть корью?
  3. Что за гиперзвуковая ракета «Циркон»?


Самое интересное в регионах
Роскачество
САМОЕ ИНТЕРЕСНОЕ В СОЦСЕТЯХ