Знаменитый модельер продолжает знакомить «ТВ-Гид» с людьми, с которыми ему довелось работать и дружить

Майе Михайловне помог её близкий друг Пьер Карден. Причём модельер делал это совершенно безвозмездно: все наряды, которые он шил для великой балерины, преподносил ей в подарок.

- Если говорить о моих русских друзьях, то, пожалуй, Майя Плисецкая занимает среди них особое место, - рассказывает Пьер Карден. - Ещё до моей первой поездки в СССР в 1963 году я имел честь быть представленным мадам Екатерине Фурцевой - тогдашнему министру культуры вашей страны. Познакомила нас с ней моя давняя и добрая знакомая Надя Леже (русская жена известного французского художника Фернана Леже). Я очень благодарен мадам Фурцевой, так как при её содействии узнал многих замечательных российских артистов. В том числе и Майю, с которой мы дружны уже почти сорок лет.

«Все подарки у неё отбирали...»

Наше знакомство с Плисецкой произошло на очередном ежегодном фестивале в Авиньоне в начале 70-х годов. Теперь мне кажется, что Майю я знал всегда. Мне много говорили об этой выдающейся балерине, но тогда, в Авиньоне, я впервые увидел её на сцене. Она танцевала «Кармен-сюиту» на музыку Родиона Щедрина. Я с большим интересом отношусь к балету, можно сказать, даже неплохо разбираюсь в этом виде искусства и видел много известных танцоров. Майя же меня поразила своей искренностью, обнажённостью эмоций на сцене.

На время выступления я даже забыл, что танцует русская балерина. В Плисецкой было столько темперамента, столько испанских страстей… Она полностью перевоплотилась на сцене, да так, что я с трудом узнал её после спектакля. Если бы не мадам Фурцева, то я, наверное, и не подошёл бы к ней.

Через несколько месяцев после Авиньонского фестиваля Майя должна была выступать на сцене Гранд-опера в Париже. Мы встретились в отеле, где она остановилась, поговорили немного, и Майя, чуть смущаясь, сказала мне, что после спектакля она приглашена на приём, но не знает, что принято надевать по таким случаям в Париже. Мне вдруг захотелось, чтобы Майя была самой элегантной на этом вечере. Сама она меня, есте­ственно, ни о чём не попросила, но я понимал, что, даже будучи примой Большого, она не может позволить себе купить вечернее платье, в котором могла бы достойно выглядеть. Ничего не сказав Плисецкой, я позвонил в своё ателье, и через час мой бессменный портной Отелло был в гостинице с платьем для Майи, которое я осмелился сам для неё выбрать.

Автор фото

С тех пор, как только она приезжала в Париж, я охотно одевал её в свои последние модели (многие из них создавались специально для неё). Майя была счастлива. Тем более что, как она мне однажды поведала, по возвращении в СССР у неё, как правило, отбирали все подарки, за исключением одежды. Наверное, у Майи набралось около сотни моих нарядов. Когда же она стала преподавать в Германии и хорошо зарабатывать, то сказала, что хочет заплатить за всё, что приняла от меня. Но то первое платье всё же осталось моим подарком…

«В Большом это не принято!»

Прошло время, и я стал часто посещать вашу страну. Почти в каждый мой приезд мы виделись с Май­ей. Я познакомился с её мужем Родионом Щедриным. Они часто приглашали меня в гости. У них тогда была маленькая квартирка, где полстоловой занимал рояль. Если не ошибаюсь, первым нашим совместным проектом стал балет «Анна Каренина». Сначала я слушал музыку, проникался ею, пытаясь представить, к какой части романа она может относиться. А Майя танцем, жестами, движениями рассказала про «свою Каренину». Не произнеся ни слова, она передала всё. Я смотрел на неё, и в моём воображении рождались костюмы для спектакля.

Но в дирекции Большого театра нам сказали: «Это никуда не годится! Никто этого не поймёт! В Большом это не принято!» и т. д. Не буду пересказывать все наши споры с администрацией Большого. Выскажу лишь предположение, что одна из причин, по которой костюмы всё-таки были приняты, - они не стоили театру ни копейки. Все их я Майе подарил.

После «Анны Карениной» мы совместно сделали ещё несколько балетов, в том числе «Даму с собачкой», «Фантазию» (по мотивам «Вешних вод» Тургенева), и совершенно уникальный, на мой взгляд, спектакль «Мода и танец».

Плисецкая и Щедрин мои частые гости. Конечно, теперь, когда они приезжают в Париж, Майя и Родион останавливаются в моей резиденции. Кстати, Плисецкой очень нравятся мои комнаты с мебелью, принадлежавшей когда-то великой актрисе Саре Бернар.

Досье Майи Плисецкой

  • Родилась 20 ноября 1925 года в Москве в известной семье советского хозяйственного деятеля Михаила Эммануиловича Плисецкого и актрисы немого кино Рахили Михайловны Мессерер.
  • В 1938 году отец Плисецкой был арестован, осуждён и расстрелян (реабилитирован во время хрущёвской оттепели). Мать Майи была выслана в Казахстан в Акмолинский лагерь жён изменников Родины. Чтобы девочку не отдали в детдом, маленькую Майю удочерила тётя по материнской линии, солист­ка Большого театра, балерина Суламифь Мессерер.
  • Первым мужем Плисецкой был знаменитый солист балета и актёр кино Марис Лиепа.
  • В 1958 году Плисецкая вышла замуж за композитора Родиона Щедрина.
  • В 2000 году Плисецкая была признана «Человеком года» в области науки, культуры и искусства по опросу ежегодного российского фонда «Общественное мнение».
  • В 1994 году Институт теоретической астрономии присвоил имя Плисецкой малой планете № 4626.